Зан-Ли берет первые аккорды — низкие, тягучие звуки ситара заполняют пространство, будто раскаленный воздух пустыни перед бурей. Крис замирает на мгновение, закрыв глаза, прислушиваясь к ритму, а потом…
Она начинает двигаться.
Каждое движение — отточенное, гипнотическое, полное внутренней силы и грации. Сначала плавно покачиваются бедра — едва заметно, почти неуловимо, но в этом уже скрыта магия. Руки поднимаются, изгибаются, словно ветви ивы на ветру: ладони развернуты вверх, пальцы перетекают из одного положения в другое, рисуя в воздухе невидимые символы.
Ритм ускоряется. Крис делает шаг вперед, потом скользящий шаг в сторону — и вот она уже кружится, а красный наряд вспыхивает, как пламя, разбрасывая блики от металлических вставок. Маска скрывает все, кроме глаз, делая пронзительный взгляд еще более загадочным, манящим.
Ее тело движется в такт музыке — то замирает на долю секунды, то взрывается серией быстрых, четких движений. Бедра ритмично покачиваются, плечи подрагивают в особом, завораживающем ритме. Каждое движение перетекает в следующее без единой заминки — будто волна, следующая за волной.
Звенят украшения на руках, подчеркивая ритм. Распущенные темные волосы чуть подрагивают, обрамляют лицо. Она откидывает голову назад, и в этом жесте — вся страсть танца, вся его первобытная сила.
Затем — резкий разворот, руки вскидываются вверх, и она снова меняет темп: теперь движения становятся более плавными, тягучими, почти ленивыми. Она словно дразнит зрителей: вот замерла, чуть прогнулась в спине, медленно провела рукой вдоль бедра — и снова взрыв энергии, быстрые повороты, прыжки, переступы.
На миг Крис останавливается прямо напротив нас, серый взгляд сверкает из‑под маски. Она делает несколько быстрых движений кистями — пальцы порхают, как крылья экзотической птицы, — а затем резко разворачивается и вновь кружится, раскинув руки, так что наряд взрывается вокруг нее алым облаком.
Музыка набирает темп, становится все более стремительной. Крис двигается все быстрее: повороты, скольжения, резкие выпады — и вдруг замирает в финальной позе: одна рука высоко поднята, вторая опирается о бедро, голова чуть наклонена, взгляд пронзает пространство перед собой.
Несколько мгновений стоит абсолютная тишина — все буквально заворожены. Затем раздаются первые аплодисменты: сначала несмело хлопает Назим, за ним — Фергус, Зан-Ли одобрительно кивает, продолжая перебирать струны ситара.
Крис медленно выходит из образа, снимает маску, улыбается:
— Ну что, Кора, — говорит она, переводя дыхание, — теперь твоя очередь. Запомнила основные движения?
Я сглатываю, чувствуя, как бешено колотится сердце.
— Э‑э… некоторые, — неуверенно отвечаю я. — Но повторить это…
— Ничего, — улыбается Крис. — Тебе и не надо повторять. Тебе нужен свой танец. Сначала медленно. Главное — почувствуй ритм. И не бойся быть соблазнительной. Это твоя сила.
Зан-Ли начинает новую мелодию — более мягкую, но не менее завораживающую. Крис становится рядом со мной, берет за руки:
— Смотри: сначала бедра, потом плечи, потом руки… И дыши. Танец — это дыхание, движение, жизнь. Давай вместе.
И мы начинаем. Сначала неуверенно, сбиваясь, но постепенно я ловлю ритм, чувствую, как тело понемногу начинает отзываться на музыку, как движения становятся все более естественными…
Но это все и близко непохоже на волшебную сказку, созданную танцем Крис.
— Безнадежно, да? — с сожалением спрашиваю я после четвертой попытки.
— Хм. Ну… нет. Слушай, а принеси-ка свою Подружку. Попробуй сразу с ней, — деликатно отвечает Крис.
Я согласно киваю и отправляюсь за своей любимицей. По возвращении с неудовольствием замечаю среди зрителей Джагара со всей его компанией. Здесь и Балур, и все парни ширтан с арены. Проклятье, да даже зануда Леран оторвался от своих опытов. И я нисколько не льщу себе, прекрасно понимаю, что они пришли полюбоваться на танец Крис, отнюдь не на мои отчаянные потуги.
Немного теплее в груди становится от первой реакции Джагара при виде меня с опасной ядовитой коброй, повисшей в виде шарфика на плечах — он машинально кидается ко мне в стремлении защитить, но тут же до него что-то доходит.
— Твоя нууран? — спрашивает он.
Кажется, так же он называл раньше мою Молнию. Молча киваю. И он успокаивается, отступает назад.
Но меня совершенно не радует перспектива учиться танцу при нем. Особенно на фоне великолепной, соблазнительной Крис.