— Эй, вы тут не приворотные зелья часом варите? — восклицает Мэл, обводя взглядом полки с банками и колбами. — Если что, я первая в очереди!
Мина, не удержавшись, хихикает:
— Тебе-то зачем? Куда поклонников складывать будешь? Башню выше храмовой из них сложишь? В сарай-то все не влезут…
Крис просто помалкивает, но серые глаза тоже сверкают любопытством.
Лира, пытаясь сохранять невозмутимость, с легкой улыбкой подходит ближе:
— Девочки, хорош уже. Кора, признавайся — что это будет?
Я с улыбкой пересказываю разговор с Лераном, стараясь не слишком углубляться в алхимические детали. Лира слушает внимательно, а потом с нарочито строгим видом произносит:
— Так-так… Эликсир, который может ненадолго вытащить из самых когтей смерти? Это серьезно. И точно стоящая вещь.
Она ненадолго задумывается.
— Кора, его много нужно для эффекта?
— Буквально каплю, — поясняю я. — Если в кровь сразу попадет. А если пить… не знаю точно, но боюсь, моментального эффекта тогда не будет. А смысл же в этом?
— Леран, у тебя вроде были где-то совсем крошечные пробирки? Помнишь, ты еще хотел их выкинуть, дескать, ни на что не годны? — спрашивает Лира.
— Я?! Пробирки?! Выкинуть?! — возмущается маг. — Клевета и наговор! Сейчас найду…
— Можно прикрепить их к заколке, скажем… Взять ту, что поострее, — размышляет Крис. — Вот только испытать как?..
— Никак. По факту, — отрезает Лира. — Если «крайний случай» наступил.
И обращается уже к нам с Лераном:
— Есть ли какие-то способы проверить, то ли получилось, что должно?
— Конечно, — уверенно говорю я, вспоминая целую лекцию, посвященную проверке полученных результатов опыта с помощью алхимических реакций. — Это даже обязательная часть процесса.
— Слушай, а ты, может, часом, и в ядах разбираешься? — загораются глазки у Мины. — Может, умеешь сварганить такой, чтобы прямо пуф — и все?..
— В ядах? — переспрашиваю я растерянно. — Но… ведь на арену же нельзя?..
Перевожу взгляд на Лиру в поиске поддержки.
— Так то ж на арену! — восклицает Мина. — А если…
— Мина! — резко обрывает ее Лира.
Так, похоже, это какая-то закрытая от меня тема. Интересно…
— Немного разбираюсь, — спокойно отвечаю я. — «Пуф — и все» — тоже можно. Если есть ингредиенты.
— Хорошо, — кивает Лира. — Это попозже обсудим. Пойдемте, девочки, не тут будем мешаться.
Эликсир мы с Ленаром заканчиваем через два часа. Конечно, теперь он еще десять дней должен настаиваться, но вмешательство алхимика для этого уже не нужно. Его глаза тоже горят интересом, он внимательно следит за моими действиями и все конспектирует в своей толстой потрепанной тетради.
Руки немного устали от размельчения донницы и реактивов, но в груди чувство удовлетворения от хорошо сделанной работы.
В такие моменты можно ненадолго забыть о рабстве, о том, что я в чужой стране…
Поздно вечером, перед сном я выхожу в сад. Подружка (теперь это имя за ней уже закрепилось) так и висит у меня на плечах, как пестрый шарфик. Соскучилась за день… Отпускаю ее поохотиться на грызунов.
Присаживаюсь на прохладную, уже успевшую остыть от дневного солнца скамью.
— Как успехи? Получилось? — слышу я за спиной мягкий голос Лиры.
Она присаживается рядом со мной.
— Да, настоится и будет готово, — отвечаю я.
— Это просто замечательно. Такую подстраховку на арене точно стоит иметь. Что думаешь про сегодняшний бой? — внезапно спрашивает она безо всякого перехода, так же ровно, и я вздрагиваю.
Конечно же, она заметила и мои взгляды на убитых ширтан на арене, и мой вздох облегчения, когда поняла, что могу заняться алхимией… Что же теперь? Отменит мои тренировки? Разочаруется?
Я молчу. Любое слово, что я могу сказать сейчас об этом, будет ложью. И Лира молчит тоже…
— Хочешь, покажу тебе кое-что? — вдруг спрашивает она.
— Почему бы нет, — пожимаю я плечами.
Мы обходим дом сзади, и Лира лезет наверх по не особо надежной на вид железной лестнице на крышу, маша мне рукой — «Давай за мной!».
Я следую за ней, цепляясь за остывшие перекладины. Лестница слегка подрагивает под ногами, но держится. Наконец, переваливаюсь через край парапета и выпрямляюсь — и тут же замираю, захваченная видом.
Калисс ночью — это волшебство, сотканное из огней и теней. Городские власти не поскупились на освещение в праздники.
Улицы, еще днем шумные и тесные, теперь утопают в бархатной тьме, но их извилистые линии подсвечены огненными капельками фонарей. Будто крошечные вкрапления янтаря на черной бархатной вышивке.