— Не у всех есть разрешение на выход в город, — высказываю сомнение я.
— Ясен перец. Прогулки надо копить, и брать с собой только самых верных. У меня таких четверо, а у тебя?
Задумываюсь на мгновение.
— Тоже. Ты прав друг, десятка опытных воинов — это уже сильно. Как бы еще послания передавать…
— Да только на арене, как еще, — хмыкает Балур. — Ну, и вот так, если хотя бы мы с тобой выбираться сможем. Большие игры — наш шанс. Праздники, стража тоже люди, выпить захотят, погулять… Подменять друг дружку будут.
— Где вас разместили? — спрашиваю я.
— За городом, там есть отдельные помещения для ширтан из других городов на время игр. В остальное время пустуют. И форт там такой, я тебе скажу… неслабый.
— Предлагаешь занять там оборону, а не бежать из города? — улавливаю я мысль друга.
— Не знаю пока. От ошейников зависит, снимем или нет. Надо, думаю, оба варианта подготовить. Это у южных ворот — откуда, ты думаешь, я про стражу узнал? Да сходи сам посмотри, ты из нас лучший командир.
Я вглядываюсь в чертеж. Линии неровные, но понятные. Видно, где посты, где ворота, где лестницы на стену.
— Ты сам был там? — спрашиваю.
— Сам. Под видом торговца. Сказал, что везу вино для стражников. Пропустили, даже не обыскали. — Он ухмыляется. — Глупо думать, что ширтан не может быть торговцем. Почтенный купец-бакалейщик, к вашим услугам. Истинный сариец.
Я невольно смеюсь. Первый настоящий смех за долгое время.
Эх, всю нашу боевую пятерку бы сюда — всех бы вынесли! Не зря я всегда считал, что друзья мне мало в чем уступают, а порой и превосходят. Тот же Балур по обычаю легко мог бы выступить против меня, когда я стал Первым Вождем после смерти отца. Не стал — мы же друзья.
Я закрываю глаза, представляю: песок под босыми ногами, запах свободы, ветер в лицо. Заманчиво, дэвы побери! Но мечтать рано, надо думать и действовать. Еще несколько раз обговариваем с Балуром наши планы, уточняем детали. Наконец я говорю:
— Хорошо. Давай через неделю, здесь же. Осмотрю твой форт, и поделюсь, что нарыл про магов. И своих подготовлю.
Балур протягивает руку. Я сжимаю ее.
— Мы выберемся, друг, — говорит он. — И тогда пусть те, кто нас загнал сюда, молятся своим богам о легкой смерти.
Бросаю взгляд на солнце — клонится к закату. Время возвращаться на арену. Мы прощаемся с Балуром — ненадолго. Но осмотреть зарисованные им казармы и крепость уже не успею. Так что направляюсь обратно по направлению к театру.
Проходя через базар, замечаю стайку молодых уличных воришек, девчонок и парней. Укутанные с ног до головы в разноцветные накидки, ловкие и юркие, они лихо удирают от неповоротливых городских стражей и скрываются в переулке. И, будто в наказание за сегодняшний радостный день, среди их гомона мне вдруг слышится смех Корделии. «Неужели она теперь мне везде будет видеться?».
Вижу, как одна из воришек, залетев в узкий переулок, буквально на ходу переворачивает свою накидку, и та из ярко-малиновой становится вдруг желтой. Девушка тут же прикрывает ею свои кудряшки, но уже не пряча симпатичное лицо, нахально выходит навстречу страже, отчаянно ругаясь: «Ворье проклятое, чуть с ног не сбили, дэвовы дети!».
— Куда они побежали, уважаемая госпожа? — спрашивает подбежавший к ней полноватый стражник.
— А, через проулок пробежали куда-то, боги их ведают, уважаемый, — ворчливо машет рукой она. — Хорошо, хоть кошель не украли.
И вскоре исчезает в толпе.
Глава 26_1
Корделия
— Ладно, в этот раз не попались, а в следующий?! — карие глаза Лиры смотрят строго и рассерженно. В основном, на Мину с Назимом, конечно. Хотя виноваты, по-хорошему, мы все.
Ну да, начала это все Мина, стащив с прилавка ювелира не самое дешевое ожерелье, пока Назим, с фальшивыми усами и бородкой почтенного цахина, придирчиво «выбирал» брачный браслет для своей «невесты». Но потом-то эти двое прибежали к нам! И вот что тут, спрашивается, делать?! Вопить «я не с ними» и «я их не знаю»???
Пришлось, конечно же, срочно удирать, ныряя в разноцветье базарной толпы, как в незнакомое озеро. Причем не просто так, а вспоминая даже кое-что из тренировок Сейны.
По пути Назим успел стянуть с себя тюрбан, а также фальшивые усы и бороду — и тут же из‑под воротника его рубахи вывалился… тот самый брачный браслет, который он «придирчиво выбирал» у ювелира. Блестящая полоска серебра с крошечными вкраплениями бирюзы, зацепившаяся за завязку у ворота, нелепо болталась на его шее.
Я не выдержала — фыркнула, а потом и вовсе расхохоталась, прикрывая рот краем скрывающей лицо накидки. Даже Крис на секунду приподняла суровые брови, глядя, как Назим с совершенно невинным лицом пытается отцепить браслет от рубахи.