– Нет ничего проще – выходите за меня замуж! – Арман очень странно и пристально смотрел на свою спутницу, словно пытался понять, есть ли в ее неожиданных словах надежда для него. – Став моей женой, вы будете ежедневно видеть меня и сможете говорить со мной сколько душе угодно.
– Это мы уже обсудили, – тихо, но твердо ответила Эмильенна, не решаясь поднять глаза на собеседника.
– Тогда ступайте ко всем чертям со своей дружбой! – грубо ответил Ламерти. – И не вздумайте при прощании завести свою обычную песню,о том как вы мне благодарны!
Девушка молчала. Она отвернулась, но пространство экипажа было слишком тесным, чтобы Арман не заметил, как она украдкой смахивает слезы с глаз. Видя ее искреннее страдание, он несколько смягчился.
– Полноте, – он осторожно обнял ее за плечи. – Поверьте, сомнительная утрата моего общества не стоит ваших слез…
Эмили хотела что-то ответить, но как раз в этот момент кэбмен сообщил, что они прибыли на место. Ламерти отворил дверцу кареты, вышел и протянул руку своей спутнице. Когда ее ладонь оказалась в его руке, молодые люди встретились взглядами и замерли, не отрывая глаз друг от друга. Эмильенна застыла на подножке кареты, а Арман не мог найти в себе сил выпустить ее руку из своей. Из оцепенения их вывел все тот же кэбмен, жаждущий получить обещанную плату, в несколько раз превышающую его обычный гонорар. Это вернуло Ламерти к реальности.
– Ну, что ж, прощайте, – прежде чем отпустить ладонь девушки, он прикоснулся к ней губами. Подняв голову, Арман в последний раз взглянул в голубые глаза своей бывшей невесты. И столько чувства было в этом поцелуе и в этом прощальном взгляде, что Эмильенна почувствовала смятение. Но прежде, чем она смогла вымолвить хоть слово, Ламерти уже вскочил на подножку кэба и велел кучеру трогаться, захлопнул дверцу.
Глава сорок седьмая.
Оставшись одна, Эмильенна почувствовала растерянность. Девушка двинулась было по направлению к дому, но остановилась и, привалившись к отделанному мрамором столбу ограды, решила перевести дух и собраться с мыслями. Сейчас ей предстоит встреча с миссис Стилби, а все мысли заняты только Арманом. Надо перестать о нем думать и сосредоточиться на том, что она скажет, войдя в этот дом.
Взгляд девушки опустился на платье. Оно было в приличном состоянии, но теперь, когда ей не нужно изображать из себя мещанку, казалось неподходящим для первого впечатления, которое ей предстояло произвести на семью Стилби. Эмиленна вспомнила, что Ламерти уже в Лондоне предлагал купить ей новое платье, более соответствующее ее истинному статусу. Тогда девушка отказалась, а теперь жалела об этом. Нынешний ее наряд был куплен в Бетюне взамен предыдущего, испачканного кровью и лишенного рукавов после трактирной дуэли. Новая одежда была милой, но совсем не подобала аристократке. В свете этого Эмили еще раз оценила предусмотрительность и заботу Армана, особенно с учетом того, что предложение о покупке платья было высказано молодым человеком, когда они были уже в ссоре.
Ну вот, она опять думает о нем! Какого бы предмета не коснулись ее воображение, оно неизменно возвращалось к Арману де Ламерти. И бесполезно стоять здесь под дождем, в надежде выкинуть его из головы. Лучше уж пойти в дом, поскольку привести мысли в порядок все равно не получается, зато есть шанс промокнуть до нитки, и выглядеть еще менее презентабельно. Рассудив подобным образом, девушка решительно двинулась к особняку.
Когда Эмили прикоснулась к дверному молотку, ее неожиданно захлестнула волна паники. Если до этого момента все казалось простым и логичным, то теперь девушка с трудом представляла, как объяснит хозяйке свой приезд, да еще с целью остаться. Но поворачивать обратно было поздно и Эмильенна постучала в дверь как можно решительней, словно стараясь заглушить свои опасения. Не прошло и минуты как дверь распахнулась, и за ней возник силуэт дворецкого, который с недоверием оглядел мокрую барышню в скромном наряде. Красивое лицо Эмили, неизменно производящее глубокое впечатление на мужчин, было наполовину скрыто капюшоном, поэтому вышколенный слуга мог безупречно выполнять свою обязанности, без опасности попасть под обаяние женских чар.
– Вам чего, мисс? – недовольным тоном вопросил он. – Если по вопросам благотворительности, то госпожа Стилби и дамы -попечительницы принимают посетителей по средам.
– Мне нужно увидеть миссис Стилби, – Эмильенна ответила с таким достоинством, что слуга пришел в недоумение, образ промокшей простушки не вязался в его сознании с аристократическим тоном и манерой держаться.