– Надеюсь, моя маленькая, ты сможешь мне это простить, – прошептал он, обращаясь к бесчувственной Эмильенне.
Глава тридцать пятая.
Очнулась Эмильенна от холода. Когда девушка осторожно открыла глаза, то первое, что она увидела были яркие звезды на черно-синем бархате неба. Какое-то время Эмили лежала не шевелясь, стараясь понять, где она и что происходит. Лежать было твердо и неудобно. Опустив глаза вниз, она поняла, что лежит привалившись спиной к камню, покрытому мхом. Вокруг так же были разбросаны камни разных форм и размеров, а между ними росла трава. Влажный налет ночной росы покрывал траву и мох. Несмотря на звезды, было очень темно и взгляд различал очертания предметов лишь на расстоянии нескольких шагов. Дальше клубились сгустки теней различных оттенков – от призрачно-серого до чернильно-черного.
На осмотр этого мрачного места Эмильенне понадобилось несколько мгновений. Увиденное так мало понравилось девушке, что она тут же крепко зажмурила глаза в надежде, что наваждение сейчас рассеется. Она поступала так всякий раз, когда отказывалась принимать окружающую реальность. Но и за закрытыми веками холод воздуха, твердость камня и влажность травы никуда не делись. Пришлось снова открыть глаза. На этот раз, потеряв надежду, что все окружающее окажется сном, Эмили позволила себе испугаться по-настоящему. Она одна, посреди ночи, в окружении каких-то жутких развалин. Вряд ли что-то может быть хуже. Однако уже через секунду девушка поняла, что ошиблась, и хуже быть все-таки может. Из темноты внезапно шагнула высокая фигура. Казалось, силуэт соткан из теней, потому как передвигался он плавно и беззвучно.
Эмильенна считала себя смелой, но всему есть предел. Убедившись, что ей не кажется, девушка пронзительно закричала. Фигура мгновенно оказалась рядом и зажала ей рот ладонью. С некоторым облегчением Эмили про себя отметила, что рука была хотя бы теплой, а значит принадлежала человеку, а не выходцу из потустороннего мира.
– Не так громко, душа моя! – вкрадчивый голос, прозвучавший у самого уха, оказался до боли знакомым, и призрачный незнакомец тут же превратился в Армана де Ламерти. – Монахинь перепугаете, а вы им на сегодня и так немало хлопот доставили, надо полагать.
– Это опять вы?! – девушка убрала его ладонь от своего лица и повернулась к говорившему. – Мне следовало бы догадаться.
– Простите, если напугал вас. Я не хотел.
– Уверена, что вы сделали это намеренно!
– Напротив, я надеялся, что мое общество вас порадует. Мне казалось, что вам не понравится ощущать одиночество в такое время и в таком месте.
– Кстати, что это за место? – несколько запоздало поинтересовалась Эмили.
– Разрушенное Монтрерское аббатство. Думал, вы догадаетесь, – Ламерти говорил так, словно ее пребывание посреди ночи в развалинах аббатства было чем-то само собой разумеющимся.
– Что-то я не припомню, как тут оказалась, – на лице девушки появилось сосредоточенное выражение, она старалась припомнить последовательность событий, вследствие которых оказалась здесь. – Мы спорили в приемной монастыря, мне стало дурно…
– Я вас отравил.
– Что?! – Эмильенна широко распахнула глаза.
– Вы слышали – я вас отравил. Не думайте, что я горжусь своим поступком, но мне пришлось это сделать, – Ламерти развел руками, словно оправдываясь.
– Вам пришлось меня отравить?! Вы хоть понимаете как это звучит?– девушка смотрела на собеседника так, словно сомневалась, что он пребывает в здравом уме.
– Я надеялся , что смогу уговорить вас и тем самым избежать крайностей, но, увы, мое красноречие оказалось не в силах поколебать вашу решимость. Кажется, так вы изволили выразиться? Кстати, как вы себя чувствуете сейчас?
– Превосходно! Благодарю вас! – Эмили отвесила издевательский поклон. – Так мило с вашей стороны было угостить меня ядом.
– Это всего лишь снотворное, – отмахнулся Арман. – И все же, серьезно, как вы себя чувствуете?
– Сами хлебните своей отравы, тогда узнаете! – хмыкнула Эмильенна. – А если честно, то голова болит и пить хочется, – призналась она.
– Ну конечно! – Ламерти извлек откуда-то фляжку и протянул девушке. – Он предупреждал меня, что вам нужно много пить после пробуждения.
– Вы думаете, что после случившегося я выпью хоть что-нибудь из ваших рук? – саркастически вопросила Эмили.