Глава:2 Первый фурри.
Проснувшись с первыми лучами солнца, Линэль быстро поднялась на ноги. У неё не было времени, что б медлить, так что эльфийка стала осматриваться, выбирая направление дальнейшего путешествия. Выбравшись с оврага, она не поверила своим глазам. Оказывается, что буквально в ста метрах от её импровизированного ночлега стоял вполне хороший домик. То, что в нём давно никто не жил выдавала прохудившаяся крыша, что своим видом напоминала сито. Куски обломанной черепицы валялись то тут, то там. Подобравшись на цыпочках к дому, Линэль протёрла оконное стекло от пыли и грязи, после чего заглянула внутрь. Но там было темно, как в ночи. Обойдя дом вокруг, эльфийка нашли заросший участок земле, который, видимо, раньше был огородом. Рядом со стеной дома обнаружилась не очень глубокая яма. Сложилось ощущение, будто кто-то выбирался наружу из-под земли.
Решившись проверить дверь, эльфийка толкнула её, но та даже не сдвинулась с места. Тогда взгляд её упал на небольшой лаз, что заходил под фундамент дома. Присев возле него, эльфийка просунула голову внутрь. Убедившись, что ей удастся тут пропихнуться, вздохнув, всё же полезла под дом. Добравшись до луча света, Линэль подняла руки в верх, и выбравшись из-под пола, оказалась в углу большой комнаты. На полу была начертана пентаграмма, а на кухне стоял огромный котёл.
Когда глаза окончательно привыкли к полутьме, девушка смогла осмотреть кухню. В углу Линэль обнаружила дорожный мешок из грубой холщовой ткани, и c оторванными лямками.
—Кто-то хотел уйти, но оставил свой дом и даже не забрал вещи... довольно странно.
Открыв котомку, она нашла внутри деревянную ложку, миску, и огниво.
—И то хлеб. На первое время можно осесть тут. Теперь главное найти хоть какую-нибудь еду.
С трудом открыв запор на входной двери, девушка вышла наружу. Остаток дня она посветила собирательству грибов и ягод. А когда стемнело, в печи уже лежал хворост. Конечно, до утра ей его бы не хватило, но уснуть в тепле, это единственное на что она надеялась сегодня. Да и кровать напротив печи смотрелась как королевское лежбище, после ночи в лесу.
За окном уже стемнело, и лучи света ласково вырывающиеся из открытой дверцы печки, медленно нагревали дом, и освещали помещение. Лёжа на кровать, Линэль начала думать о том куда бежать, и как быть. Она не знала, где находиться территориально и куда ей держать путь. Возвращаться назад не лучший вариант – есть огромная вероятность наткнуться на тех же бандитов. Как вдруг, повернувшись спиной к печке, она обнаружила стих, выцарапанный на стене дома:
"Всю жизнь я ждал. Сначала — чтобы вырасти,
Потом – любви, взаимности, добра,
Мифической какой-то справедливости,
А после – промелькнувшее вчера.
Мне дни не дарят больше утешения,
А пакости не греют изнутри.
Когда погибла ты, я стал надеяться,
Что красный принц тебя мне воскресит.
Я по ночам вздыхаю над могилою,
И жду, как в сказке, доброго конца.
Навечно твой, покорнейший слуга.
Ральфи "
Три дня пролетели быстро, и одиночество посреди леса не самое лучшее, что когда-либо испытывала Линэль. Она прикрыла дверь её жилища и, даже не выбирая направления, отправилась практически наугад. Понемногу ноги начали уставать. Пару часов непрерывной ходьбы вызвали боль. Внутри зарождался страх, что она может попасть в руки людям, пострашнее, чем её предыдущее похитители. Так Линэль продолжила бы свой путь, пока не наткнулась на старого эльфа. Подойдя ближе, она сперва рассмотрела его как следует, прячась за ближайшим деревом. Он был одет практически как нищий: простенькая одежда из грубой ткани, сношенные сапоги и деревянный лук. Колчан находился практически у колена, он просто держал его в руках. Седовласый старец шёл медленно, прогуливаясь по лесу, и тихо бормотал себе что-то под нос.