Я дал команду снижаться и направил верда на дорогу, приземлившись возле карруса. На земле сделал несколько попыток связаться с братом. Тот снова долго не отвечал, однако через пять минут сам вызвал меня.
«Мне только „маячок“ приходит от твоих вызовов, а мы почти рядом с дорогой, — голос Корда по-прежнему звучал приглушенно. Но слышно было, как он тяжело дышит. — Пришлось лезть на дерево… Сейчас выберемся на дорогу… здесь такие дебри… Даже звериных троп нету».
Я в ужасе смотрел на темную громаду леса, что поднимался сразу за дорожной канавой. Неужели Тера действительно ушла сюда?
82
Линард дей’Хеллиг, 22-ой герцог Винсентский
На несколько минут отвратительное чувство тоскливой безнадёжности полностью захватило меня. Как отыскать любимую — такую маленькую и хрупкую — в этом страшном лесу? Трудно было думать об этом и не корить себя: ведь сам во всем виноват. Это из-за меня Тера вынуждена была уехать из города в отдалённое поместье! Если бы не я и это проклятье…
Кто-то дёрнул меня за рукав. Я вздрогнул, неохотно выныривая из грозового марева тяжёлых предчувствий.
— Командор, мы можем облететь лес, посмотреть, не видно ли чего.
— Ты ведь знаешь, что это бесполезно. Всем известно, как выглядит этот лес сверху — сплошной зелёный массив, без конца и края. Ни опушки, ни полянки — так плотно стоят деревья.
— Да, это ведьмовские чары. Я родился в соседней деревеньке — там, дальше по тракту. У нас этот лес называют Гиблой чащей. Старики считают, что в ту сторону даже смотреть нельзя, накликаешь беду.
Разумеется, слова старшины только усилили мое беспокойство. Я, как мог, гнал парализующее волю чувство вины. Самобичевание бесполезно и не поможет вернуть Теру.
— Ящеры измучены, как и ваши люди. Возвращайтесь в столицу и пришлите сюда свежий отряд.
Взлетая, верды подняли пыльную бурю на дороге. Едва всадники на крылатых ящерах скрылись в вечерней мгле, на просёлке показался небольшой отряд. Мой кузен, пара магов из городских стражей и тот самый оборотень, которого я намеревался убить за то, что бросил Теру и не отговорил от глупого поступка.
Что и говорить, эти сильные и выносливые мужчины выглядели не особенно хорошо.
Обычно подтянутый и по-военному аккуратный кузен сейчас не был похож на себя. Камзол расстёгнут, одежда и видимые части тела в грязи, словно он провалился по пояс в болото. Волосы всклочены, а на висках крупные капли пота. Выбравшись на дорогу, Корд достал платок и раздражённо вытер испарину с раскрасневшегося лица, но только размазал грязь по щекам.
— Что за проклятый филиал Тхара! — пробормотал он и выругался, запуская бытовое заклинание очищения.
Из четверых лишь оборотень выглядел более или менее приемлемо. Ещё бы — выносливость этой расы вошла в присловья.
Я шагнул им навстречу и схватил Джемми Аскота за плечо.
— Ты зачем её там оставил, лохматый⁈
Оборотень затравленно сверкнул на меня зеленющими глазами, молча высвободился и отошёл.
— Остынь, Ли, — одернул меня Корд. — Парень уже своё получил.
Кузен обессиленно опустился на пожухлую, пыльную траву на обочине. Стражи прилегли неподалёку.
— Ты, похоже, лишился приличного запаса магии, брат. Что случилось?
— Ведьмовские чары, вот что случилось. Противостоять им долго невозможно. Начинаешь задыхаться. Это что-то вроде охранного заклинания. Подозреваю, ведьма окружила защитным барьером весь лес со стороны тракта. Животных мы, к счастью, не видели, но комары с мой кулак жалят не хуже ос. Я истратил половину резерва только на то, чтобы эти твари не выпили нас до капли.
Корд помолчал, раздраженно рассматривая собственные сапоги, которые бытовой магией отчистить не удалось.
— Деревья растут так плотно, что порой видишь вокруг сплошные стволы. Обходишь один и бьёшься лбом о другой, как о стенку в тхаровом лабиринте. Так блуждаешь, и всё время чудится смех проклятой ведьмы, которая водит тебя от ловушки к ловушке.
— А почему никто ничего не делал с этим лесом? Куда все эти годы смотрел магический департамент? В десяти минутах лёта от города живёт зловредная ведьма, а у тебя нет на неё никаких данных.
Корд усмехнулся.
— Почему же нет, есть. Ведьма Сив не считается зловредной, она никому не причиняла зла до сих пор. Более того, около двух веков назад ей удалось вылечить дочь одного из наших предков. За спасенную жизнь тогдашний герцог подарил Сив весь этот лес. С тех пор это место считается заповедным и не подлежит нашей юрисдикции.