Пока масляная база нагревалась, я отмеряла смолу для красных колпачков и заливала ее в формы, затем приготовила водную часть крема, и вскоре в котелке уже нагревалась и на глазах густела снежно-белая эмульсия со слабым ароматом шиповника и калиники. Едва масса остыла, я принялась раскладывать ее по баночкам, сейчас же запечатывая их фольгой и красными колпачками.
И тут работу прервал стук в дверь с улицы.
«Снова инквизитор? Принесла же нелегкая!»
Но взглянув на Мяу, который блаженно растянулся на любимом стуле и вроде бы не проявлял беспокойства, я успокоилась и побежала открывать. Но перед наполовину застекленной дверью нерешительно замедлила шаги, разглядев на улице высокий силуэт того, кого желала видеть меньше всего.
«Зачем он явился?»
И все же не открыть нельзя, он видит, что внутри кто-то есть.
Резко откинув засов, я приоткрыла дверь и, придерживая ее, выглянула в щелку. Герцог выглядел вполне поправившимся. Никакой бледности или кругов под глазами. Красивый настолько, что грешно смотреть и не любоваться. О недавнем ранении напоминала лишь правая рука, зафиксированная повязкой поперек груди. Значит, кость все-таки была повреждена.
Мой взгляд съехал на узорчатый воротник бархатного камзола, и стало немного легче грубить.
— Магазин закрыт!
Вот так — жестко и непримиримо.
— Но я хотел видеть вас, госпожа Эдденби, и поблагодарить…
— Не стоит беспокоиться, Ваша Светлость. Лорд-инквизитор уже щедро отблагодарил меня. Прощайте.
Если Корд ди’Хеллиг узнает, что герцог снова был здесь, во всем обвинит меня. А мне неприятности с властями накануне открытия не нужны.
Однако я не учла характера непрошенного посетителя. Не каждый мужчина понимает слово «нет». Некоторые воспринимают его, как несколько уклончивое «да». А герцог Винсентский, похоже, вообще не знает такого слова.
Внезапный порыв ветра — нет, скорее, это было нечто вроде локального тайфуна — распахнул дверь, заставив меня отпрянуть вглубь лавки.
40
— Ну, знаете ли, это слишком! — воскликнула я, отступая, и на всякий случай призывая силу, чтобы ударить ветром в ответ. — Врываетесь, хотя вам уже четко дали понять, что здесь не нуждаются ни в вашем присутствии, ни в вашей благодарности!
Герцог вошел, и дверь за ним спокойно закрылась.
— Южный Ильс славится гостеприимством жителей, фея. Не следует держать гостя на улице, если тот пришёл с миром. Вы теперь одна из нас, привыкайте.
Он мне еще и лекции читает! Нет, каков наглец!
— А вы уверены, что пришли с миром? Кстати, что это было? Боевое заклинание?
— Нет, что вы! Стёкла ведь целы, — герцог очаровательно улыбнулся и развел руками. — «Боевой Ураган» выносит их на раз.
— Поверю на слово, — поспешила заверить, пока он мне тут витрину не побил. — Так что вы хотели?
— Хочу пригласить вас завтра в театр.
Вот так, просто и без затей? Я даже слегка поперхнулась и закашлялась. Но пришлось тут же подавить приступ, так как герцог вознамерился постучать меня по спине. Увернувшись от затянутой в перчатку огромной руки, я надела маску праведного возмущения.
— Благодарю, но я не принимаю приглашений от незнакомых мужчин.
Вот так, наставница по этикету могла бы гордиться моим чопорным тоном.
На лице герцога вспыхнула улыбка, которую я мысленно окрестила коварно-соблазнительной.
— Линард дей’Хеллиг, к вашим услугам, моя госпожа. Друзья называют меня Ли.
Я нахмурилась, и герцог, внимательно вглядывавшийся в моё лицо, недоуменно поднял брови.
— Что-то не так?
— Разве ваше имя не Лоран?
— Нет. Лоран дей’Хеллиг мой покойный дядя, он скончался почти два года назад.
Я попятилась от него и отвернулась.
— Вы как будто бы расстроились, что я не он.
Нет, я не была расстроена, отнюдь. Однако мысль, что месть, ради которой я приехала сюда, отныне потеряла всякий смысл, немало ошарашила. Я хотела вынудить герцога вернуть родовое поместье с месторождением чудесной глины, надавив на совесть, но молодой наследник не виноват в коварном отъеме Гизетта и мне незачем его ненавидеть. Мысль вдруг принесла облегчение: ненависть серьезно отравляла мне жизнь, а красавчик-герцог обезоруживающе симпатичен. Однако теперь вернуть поместье будет затруднительно.