— Бр-р-р!
Какая же она холодная! И как в этом можно купаться? Или хотя бы приводить себя в порядок? Без шампуней, масел и отдушек. У меня даже гребня с собой нет! Я совершенно не подумала о том, что он может мне пригодиться.
О, Алиссия, как можно было быть такой беспечной?!
Я буквально застыла на краю ручья. И впервые задумалась, что принцесса Алоннская несколькими днями ранее и принцесса Алоннская сейчас — два разных человека. Такие изменения! Всего за несколько дней! Что же будет когда я доберусь до Тарларинда? Смогу ли сохранить себя?
Отбросила мысли, резко выдохнула и сделала шаг.
Я оказалась по щиколотку в холодной воде и вздрогнула. Несколько долгих минут привыкала к температуре, соглашаясь с тем, что не такой уж ручей и ледяной, а из-за недостаточной глубины хорошо прогрелся солнцем. Просто я не привыкшая к таким температурам, избалованная горячими пенными ваннами.
Все это я бормотала себе под нос пока смывала грязь и пыль с кожи оторванным от разорванной блузы куском ткани. О том, как вымывала волосы лучше даже не вспоминать. Если до этого я походила на ходящее воронье гнездо, то после купания смыла с него только пыль.
Как же хочется в город, снять комнату с большой ванной, насладиться теплом ароматной воды, просто понежиться в ней. Но кажется, ближайшее такое место мне светит только в Стране Вольных городов. Сомневаюсь, что в приграничном Нархе Кирстен согласится посетить один из приличных постоялых дворов. С его осторожностью ночевать нам в вонючей конюшне где-то на окраине трущоб.
Словом, к концу водных процедур настроение у меня испортилось оконачательно.
Одежду натянула на мокрое тело, благодаря высшие силы за то, что обувь пострадала несильно. Дыр нет, и хорошо.
Пока шла обратно думала, что все же зря Кирстен уничтожил документы. Никто бы не поверил в их подлинность, глядя на меня. Принцесса-побирушка, смех да и только.
У кустарников заметила блуждающего по траве коня, который с остервенением срывал губами какие-то цветы и тщательно пережевывал.
Кирстен нашелся неподалеку, он уже развел костер и сидел рядом.
— Никуда больше не угодила? — хмыкнул он, подбрасывая в огонь большую ветку, заметив меня. — Если бы не твое состояние, пошел бы следить, чтобы больше никуда не влипла.
— Может ты уже расскажешь, почему я ничего не помню? — я села прямо на землю рядом и протянула ноги.
Тело болело. Казалось, что по мне проехался целый каретный кортеж. Голова тяжелая, сил даже говорить нет. Но слушать я была готова. И хотела наконец получить ответ на вопрос, которым задавались с момента пробуждения.
— Ночью ты проснулась от влияния темных пикси, — как-то нехотя признался мужчина. — Они заманили тебя в ловушку. Если бы я не подоспел, то твое тело стало бы подпиткой для их народца. А душа после смерти стала бы одной из темных пикси.
— Что? — ахнула я, вздрогнув от ужаса.
— Пожалуйста, — пожал он плечами. — Твоя жизнь обошлась мне в один рубин.
Я от удивление даже воздухом подавилась, ужас ледяной волной прокатился по коже.
— Ты шутишь?
— Я похож на шута, принцесса? — вскинул он брови.
Не похож. И совершенно не похоже на то, что он сейчас пошутил. Самое страшное, что я ничегошеньки не помню. И понятия не имею кто эти темные пикси.
— Расскажи мне о этих существах, — попросила я, пытаясь осознать, что все это на самом деле произошло со мной. — Почему я ничего не помню?
Я менталист, тьма его побери! Я не должна поддаваться влияниям каких-то пикси! Мой врожденный блок не должен был позволить этому случиться!
— Ты что, совсем ничего про народы остроухих не слышала? — покосился в мою сторону наемник и повесил над огнем котелок с водой.
— Эльфы, феи, гоблины, — начала я загибать пальцы. — Но феи и гоблины слишком редкие и не живут рядом с людьми. Только эльфы попытались…
И вылилось это в длинные войны. Характер этих созданий оказался слишком непростым, чтобы спокойно принять соседей, мирно с ними сосуществовать. Гордый народ и очень своенравный. Если уж у Кирстена в роду есть такие, то это прекрасно объясняет его дурной характер.