— Постараюсь организовать это. Будет сделано.
— И ещё кое-что…
— Да, милорд, — заинтересовался советник.
— Нужно привезти из моего замка лекарства, отвары и настои. Ими лечить короля.
— Непременно. Сегодня же исполним!
* * *
Сказать что этот день был трудным, это ничего не сказать. Дияр устал. Действительно устал и это беспокоило его. Он отчётливо чувствовал головную боль, сонливость, желание побыть одному и никого не видеть. Была уже глубокая ночь, но замок не спал. Лекари не покидали покои короля и пытались поддерживать его состояние.
Дияр расхаживал по кабинету короля с бокалом дорогого вина. Почти не пил, настроение было не кстати. Уютная тишина и полумрак приятно согревали его душу. Было тихо. Так тихо, что Дияр погружался в эту атмосферу и забывал обо всём на свете. В камине потрескивали дрова, придавая этой ночи загадочности.
— Признаться не ожидал, что ты взлетишь так высоко! — произнёс Рэймунд, входя в комнату, не плотно закрывая за собой дверь.
Дияр протяжно вздохнул. Меньше всего ему хотелось сейчас разговаривать с отцом. Но, тот похоже всё решил по своему. Присел за стол, закинув ногу на ногу.
— Зачем явился? — голос у регента был как никогда строгим и внушающим опасение.
— Захотелось поговорить с…сыном. А что? Что в этом такого? — удивился Рэймунд.
Дияр усмехнулся, будто смаковал этот момент и всё таки пригубил немного вина. Всё это казалось ему более чем странным, смешным и невразумительнным. Он не доверял Оранскому.
— С каких пор я стал тебе сыном?
— Дай подумать…Пожалуй это было двадцать пять, а нет двадцать семь лет назад. Да точно! — вслух рассуждал Рэймунд и с любопытством наблюдал за поведением Дияра.
Дияр снова усмехнулся, но на этот раз нервная улыбка надолго задержалась на его лице. Да, слова Оранского старшего вовсе не были смешными, но почему-то регенту они казались ложными и слишком льстивыми. Оторвавшись от созерцания игры языков пламени, регент развернулся к отцу.
— Чего тебе надо? Воспылал ко мне внезапной отцовской любовью?
— Хорошо. Признаю, что ты победил, — сдаваясь произносит Оранский, — Что теперь? Будешь мстить как и обещал?
— Зря ты думаешь, что вся моя вселенная вращается вокруг тебя! — Дияр устало бродит от одной стены к другой, — Поверь, у меня достаточно других забот!
— Ах да, естественно. Теперь весь Родерон у твоих ног. Не жизнь, а мечта! Только цена этакой мечты слишком уж высокая. Если совершать ошибки, можно лишиться не только власти, но и головы.
Дияр остановился, сосредоточенно разглядывая Рэймунда. Это что-то новенькое…Он даёт советы?! Предостерегает?! Что за игра?
— Будь внимательнее, Дияр! Следи за каждым своим шагом и за каждым шагом своих подчинённых. И не вздумай жалеть их…
— Почему я должен тебя слушать? Есть хоть одна причина, по которой я должен тебе верить?
— Ну, по крайней мере одна причина точно существует. Я — твой отец!
— Я тебя знать не знаю! — злобно прошептал Дияр.
Рэймунд поднялся и подошёл к регенту ближе. Молодой человек резко встряхнул черные волосы, гордо поднял голову, ожидая чего-то обидного. В глазах снова пелена злости и ярости. Рэймунд на миг замер, будто залюбовался.
Дияр смотрел на него, внутри переворачиваясь от дикой ненависти. Он чувствовал, что вот — вот сорвётся на неуправляемую дрожь. Этот зловещий блеск в глазах Рэймунда казался опасным и чужим. Дияр едва смог удержаться, чтобы не передёрнуться.
— Я никогда не прощу тебя, за то что ты с ней сделал… — с горечью и дикой обидой произносит Дияр, сжимая в руке бокал вина.
— Я может сам себя простить не смогу… — странным покаянным голосом сказал Рэймунд и тут же стал прежним. Менялся он каждую секунду. Шагнул ещё ближе. Так что Дияру пришлось сделать шаг назад, чтобы не стоять к нему слишком близко и отвести взгляд в сторону.
— Присматрись к лордам. Держи их на расстоянии. Не ведись на провокации. Делай то, что подсказывает тебе твоя чуткая интуиция!
— А ты то с чего так переполошился? — подняв глаза на отца, усмехнулся Дияр, — Думаешь, если я у власти, то и тебе что-то обломится?
— Хм, да нет…не угадал! Хочу помочь тебе. Не веришь? — уточнил Оранский.
— Не верю, — бархатный шёпот Дияра до боли оказался знаком ему отцу.
— А ты подумай! Загляни в мои мысли… Представь только: твои таланты и способности, а плюс к этому регентство! — глаза Рэймунда сверкнули озорным пламенем, — Король долго не протянет. Рано или поздно он покинет нас…Тогда народу будет необходим сильный и волевой правитель. Они пойдут за тобой!
— Кто? Кто пойдет за мной? Кому нужен отшельник с бредовыми идеями, не способный контралировать свои эмоции?
— Брось эту игру! Ты единственный кто сможет унаследовать престол Родерона!
— А ты уже всё расчитал? — снова усмехнулся Дияр, — Упустил только одну важную деталь: Анабелла! С ней что прикажешь делать?!
— А что с ней делать?! — не понял Рэймунд, — Какой от неё толк, конечно, кроме потребительского?
Дияр опускает глаза, чтобы унять бешеный ритм сердца и желание хорошенько приложиться по физиономии наглого лорда. Называть его отцом, даже в мыслях, Дияр не мог.
— Если нравится…пусть побудет под боком, — усмехнулся Оранский старший, — На вид так нечего: и фигура и личико. И характер бойкий! Если кусаться будет, могу научить, что делать…
— Пошел вон, ничтожество! — вскинув глаза на лорда, смело заявил Дияр, — И впредь не смей так нагло заявляться в эти покои.
Рэймунд на удивление оказался весьма покорным. Почтительно склонил голову и, улыбаясь, покинул кабинет.
33 часть
— Милорд, разумно ли всё это? Все эти четыре дня мы только и делаем, что унижаемся перед ними. Наши послы неустанно проводят переговоры, но это не приносит никакой пользы! Наши враги нацелены на свою выгоду! Они не пойдут на уступки, — тревожился лорд Адамс Гаян.
— Лучше десять лет вести переговоры, чем один день — войну! — мирно пояснил Дияр. В отличае от встревоженных лордов он выглядел слишком спокойным. Сидел в кресле, откинувшись на мягкую спинку.
Дияр прекрасно видел недовольство своих подчинённых, раздражение принца Марка и сердитый вид Анабеллы. Регент с любопытством оглядывал каждого из присутствующих, словно заглядывая в их сокровенные мысли.
Краем глаза Дияр, конечно, замечал как принц Марк учтиво обнимает свою невесту, иногда случайно прижимается к ней ближе. Дияр молчал, старался не смотреть на них, но чувствовал, что в первый раз ревнует. Это — смесь гордости, оскорбленного самолюбия, горечи, мнимого безразличия и глубочайшего возмущения. И он ничего не мог с этим поделать…
Анабелла казалась чужой, отстраненной, но всё такой же прекрасной. Ангельские черты её лица отличались чистотой и нежностью. Но, принцесса ни разу не подняла своих глаз…Упрямо глядела перед собой и порой её взгляд становился сердитым и беспокойным.
— Итак, что мы имеем?! А имеем мы следующее: пошатнувшийся мир и два грозных врага в лице Северной державы и Тарханской республики, которые пытаются завладеть нашими землями… — мрачно подытожил главный советник.
— Если бы каждый не старался непременно убедить другого в своей правде, люди, может быть, реже воевали бы, — с неким раздражением бросил регент и, поднявшись с кресла, подошёл к окну. Вид безоблачного неба успокаивал его.
— Что ж, тогда мы будем ждать новостей от послов, — сказал главный советник, тяжело вздыхая, — Милорд, возможно имеет смысл подготовить дополнительное предложение о мирном союзе? Ну, на случай, если у наших посланников не получится договориться? Предложим им больше превилегий…
— Да, подготовьте, — не оборачиваясь, соглашается Дияр. Столько горечи и раздумья в его голосе, что многие лорды переняли этот настрой.
— Тогда, с вашего позволения… — казначей встал, дождавшись лёгкого одобрительного кивка. Так лорды понемногу покидали кабинет короля. Все, кроме принцессы Анабеллы. Она убедилась, что все ушли и тогда плотно закрыла дверь. Дияр по прежнему стоял к ней спиной. Девушка ощущала себя в другой реальности.