Дияр подошёл чуть ближе, чувствуя как душа натянулась тонкой нитью и завязалась узлом у, выглядывающей из под платья, ступне принцессы. Совсем не хотелось тревожить столь сладкий сон Анабеллы. Но, взгляд молодого человека приковался к прелестному личику юной принцессы и чем дольше он смотрел на неё, тем стремительнее падал в пропасть. Всякий раз разбиваясь в дребезги, собирая свою душу по кусочкам, возраждаясь, как птица феникс и снова с покорностью раба оказывался у ног принцессы. Именно проходя такой тернистый путь, душевные скитания и муки скорого расстования, Дияр чувствует себя бесконечно счастливым.
Тонкая грань между небом и землёй стирается, словно кистью неумелого художника. Загадки вселенной, мироздания, познания добра и зла сводится к невинному существу с голубыми глазами и светлой душой. Анабелла…Анна… Её имя пропитано нежностью и достоинством.
Такая простенькая ловушка: всегда знаешь, куда пойти, чтобы тебя вспомнили, приласкали и предоставили обязательный минимум общности. Всякий одиночка попадается на эту возможность — быстро и наверняка. На такой бескорыстной помощи можно протянуть полжизни. Но разве можно разумом понять и измерить тот неземной восторг, что окрыляет влюблённых и толкает на самые невероятные глупости? Разве подчиняются логике душевные порывы, налетающие внезапно, как шквальный ветер, и не оставляющие времени на обдумывание и осмысление?
Необязательно спать с человеком, чтобы чувствовать духовное родство, которое роднит гораздо больше иных видов связи. Ведь влюбиться в душу, не косаясь тела — большой талант и не каждый раскрывает его в себе. Желание обладать едва ли может иметь что-то общее с уважением чести и достоинства любимого тобой человека, с той хрупкой гранью, когда ты хочешь любой ценой удержать дорого тебе человека, даже разрушая вековые устои и идя против всего мира, но готов отпустить его по первой же искренней просьбе.
Человек, зависящий от другого человека, бессилен. Но на самом-то деле это кажущееся бессилие. Он может всё. В любви молчание дороже слов. Хорошо, когда смущение сковывает нам язык: в молчании есть своё красноречие, которое доходит до сердца лучше, чем любые слова. Как много может сказать влюблённый своей возлюбленной, когда он в смятении молчит, и сколько он при этом обнаруживает ума.
Дияр, сполна полюбовавшись прекрасной Анабеллой, наконец собирает силы для того, чтобы не стоять над ней, а отойти подальше. В камине теплется огонёк, за окном разыгрались глубокие сумерки. В полумраке Анабелла казалась слишком нереальной, спустившимся с небес ангелом. Она действительно крепко заснула, иначе давно отреагировала бы внимательный, хищный взгляд Дияра.
Утро наступает совершенно неожиданно. Анабелла потянулась на месте, где только что спала. Сладкая улыбка тронула её розовые губы. Принцесса открыла сонные глаза и протёрла их тыльной стороной ладони. Свет был неярким, спальное место расположенно не так, как в её покоях, поэтому Анабелла сразу поняла, что находится не в своей комнате. Она подняла глаза и улыбка стала шире. Дияр стоял возле своего стола и перебирал свитки, документы и разные бумаги. Он выглядел таким серьезным, но в тоже время простым и каким-то домашним.
— Доброе утро! — тихим голосом, произнесла она.
— Доброе! — кинув на принцессу влюблённый взгляд, Дияр тоже улыбнулся, а потом вновь принялся за свое занятие.
— Когда ты вернулся? Я тебя дождалась? — присаживаясь на кресле, Анабелла разминает плечи и кисти рук.
— Нет, ты заснула раньше… — произнёс Дияр умиляясь её, слегка томному после сна, облику.
— Я сама не помню, как так вышло…Просто устала…А всё в порядке?
— Да, — уверенно произносит Дияр, а потом резко вздыхает и меняет свой ответ, качая головой, — Нет. Но, ты не думай об этом!
Анабелла о чём-то задумалась. Перебирает возможные варианты событий. Что ещё могло произойти?! Конечно, Родерон готовиться к военному походу, отсюда и новые трудности. Не успевает принцесса толком принять решение, как Дияр спешно оказывается рядом, опускаясь на корточки перед ней, сжимает её ладони в своих руках и как-то странно смотрит на неё.
— Что с тобой? — поражается девушка, боясь пошевелиться, дабы не спугнуть момент, в котором Дияр выглядит несколько испуганным и бесконечно милым. Анабелла краешком сознания понимает, что его руки совсем тёплые и принцесса не может не радоваться этому факту.
— Вчера я кое-что понял. Это было не так легко, как кажется…и я верно схожу с ума, но вообщем ладно, это не важно! Я просто хотел….
Принцесса наблюдает за его попытками сказать нечто важное и глупо улыбается. Наверно в этом и есть то самое счастье, о котором без умолку твердят все поэты и поистине счастливые люди!
— Я хочу, чтобы ты знала, что я люблю тебя и буду любить, пока не перестану дышать. Прости, что оттолкнул тебя, я так делаю, когда мне страшно. Просто я…Не хочу тебя потерять!
— Дияр, я тоже очень люблю тебя! Я так привыкла, что ты всегда рядом со мной…Не знаю, как смогу пережить, если ты вдруг оставишь меня, — Анабелла невольно переходит на шёпот, — Я боюсь заглянуть в будущее.
— Ничего не бойся! — он сильнее сжал её ладони, — Я всегда буду рядом! Никто не посмеет нас разделить, Анна. Клянусь тебе!
Он опустил голову, покрывая её руки жаркими поцелуями. Анабелла почувствовала себя в полной безопасности, заветной сладкой тишине и наконец-то страх перед неопределенным будущем начал исчезать. Она ещё не знала, что это последний день, когда они проводят эти волшебные секунды вместе. Дияр отошёл от девушки, словно ошпаренный. Пригладил взъерошенные волосы и принялся изучать оставленные без внимания документы. Анабелла ещё немного подождала и собралась уйти в свои покои. У выхода Дияр окликнул её и девушка поспешила оглянуться.
— Что, милорд? — захлопала ресницами принцесса.
— Не называй меня так, — притворно злясь и слегка скривившись, проговорил Дияр. А потом его лицо стало необычайно серьёзным и регент продолжил, — Завтра армия отправляется в военный поход. У наших границах крайне неспокойно. Анна, я хотел бы, чтобы ты внимательно следила за состоянием Его Величества. Не подпускай к нему тех людей, в которых неуверенна.
— Ты думаешь, ему могут угрожать? — с опаской спросила Анабелла.
— Не исключаю… — ровно произнёс Дияр, неотрывно вглядываясь в черты лица принцессы.
— Я…можно я буду писать тебе? — осторожно спросила Анабелла, — Пожалуйста…
Дияр чему-то усмехнулся, победно вскинув голову. Принцесса нервно покачала головой, догадываясь как сейчас выглядит. Конечно, ему льстит всё это. Но, что может поделать Анабелла, если этот молодой человек стал её слабостью!
— Нужно. Я же должен буду знать, что происходит во дворце в моё отсутствие.
Письмо принцессы Анабеллы
"Его Величеству лорду-регенту Родерона. Дияру Оккервилю Оранскому."
Когда солнце разбудило наш маленький уютный мирок, я тороплюсь взять перо в руки и перенести на бумагу всё то, что разрывает мою душу. Я засыпаю и просыпаюсь каждое утро с твоим именем на губах. Если бы кто-то сполна мог познать всю мою печаль, которая преследует меня из-за нашей вынужденной разлуки…
Этот дворец превращается в каменное извояние, клетку. Я задыхаюсь. Небо над нашими головами не может вместить всю ту боль, что поселилась в моей душе. Бесконечные дни тянутся бледной вереницей. Я теряюсь среди этой пустоты, что окутала замок в твоё отсутствие. Моя душа, моя кровь, я сама — все принадлежит тебе. Ты — тёплое покрывало, под которым хочется укрыться от скучных, безжизненных новостей, прозрачных дождей без запаха. Мне бы выпасть росой там, куда обращён твой взор! Стать ласковым лучем солнца, что согреет тебя в холодные ночи. Мне бы обратиться нежными каплями дождя, чтобы коснуться тебя.