Ожидание разъедает мою душу… Только ты способен заставить меня жить… сегодня, завтра и сколько ещё будет существовать этот мир. Рядом с тобой тени отступают… Рядом с тобой луна светит особенным тёплым светом… Рядом с тобой всё вокруг кажется ярче, волшебнее, интереснее…Ты заставляешь меня улыбаться!
Не посмею спросить, сколько нужно ждать тебя, ибо знаю насколько непроста твоя миссия. Я искренне надеюсь, что война обойдет нас стороной. Терять кого-то — это самое страшное, что можно только себе представить. В Родероне всё по-прежнему спокойно. Хвала небесам, мы изобилует миром! Я же смиренно приклоняю колени, в мольбе о выздоравлении моего отца, который не встаёт и пребывает в тяжёлом состоянии. Я забыла о сне и покое. Череда этих бед лишает меня сил. Все мы боремся за его жизнь. По твоему приказу я тщательно слежу за всеми, кто входит в покои короля. Благо, никаких покушений не произошло…
Если бы ты знал, Дияр, как тяжело мне, познавшей сладость и тепло твоей любви, теперь томиться в проклятой разлуке…Но, это придаёт мне сил, поскольку за расставанием неизбежно следует встреча! Я же буду непрестанно молиться, чтобы звёзды не переставили освещать тебе путь. Пребываю в полной уверенности, что мои ты занят мыслями обо мне точно также, как я. Пусть же и дальше тебя хранит моя нежность! Надеюсь ты пребываешь добром здравии и как прежде полон решимости. Сейчас благополучие всего Родерона зависит от тебя!
"С уважением и бесконечной симпатией Принцесса Анабелла Анхельская Алекса Де Лора."
37 часть
Дияр находится в своём шатре, наблюдает за тем как медленно тлеют угли в камине. Его взгляд постоянно натыкался на свёрток с посланием от Анабеллы. Письмо пришло два дня назад, но Дияр прочёл его около десяти раз и выучил наизусть каждое слово.
Две недели, проведенные в походе, пролетели вихрем. Осень не щадила войнов и проливные дожди усложняли дело. Дияр понимал, что погодные условия будут противостоять армии точно также, как и враги. Армия Родерона встала лагерем на горной возвышенности. Именно отсюда открывался обширный вид на поля и лес. До границы ещё нужно было добираться ни один день. Дияр прекрасно понимал все риски, но и награда в случае победы велика.
Томас Лайн, главнокомандующий войсками Родерона, вошёл в шатёр регента. В быстром приветствии склонил голову и поспешил доложить о положении дел.
— Прибыл гонец, милорд. Император Северного государства подступает к нашим границам. Его армия многочисленна.
— А он настойчив… — загадочно произнёс Дияр, горько усмехнувшись. Советник наблюдал за регентом, который откинулся на высокую спинку стула и устало смотрел перед собой.
— Какие будут указания по этому поводу?
— Мы тоже двинемся в сторону границы. Завтра утром, — приказал регент, — И нужно подготовить послание для императора, а так сто тысяч золотых монет.
— К чему всё это?! Раз уж так сложилось, будет воевать. Тем более, что это в какой-то степени, будет для нас выгодным делом.
— Война выгодна бездарным. Талантливым всегда выгодней мир.
— Что ж, раз вы настаиваете…Милорд, вы действительно думаете, что ещё не поздно избежать военных действий?
— Не стоит терять надежду.
— Милорд, грядёт битва и это неизбежно, но я думаю, что мы одержим вверх. Император Северных земель ещё не знает с кем он связывается.
— Битву можно выиграть силой, но войну — только умом.
— Вы поясните, что именно должно содержаться в письме нашему противнику?
— Непременно.
— Хорошо. Разрешите идти и выполнять поручения?!
— Можешь идти.
Дияр с радостью остаётся наедине со своими мыслями и призраками души. Тем более, что нужного желанного собеседника ему здесь не найти. Осознание того, несколько сильно он привязан к принцессе наводит на тревожные мысли. Разум посылает противоречивые сигналы. Анабелла нужна ему, она возраждает в нём чувства, желание жить, быть человеком. Однако как раз из-за этого он начинает ощущать себя более уязвимым. А ещё он впервые замечает за собой проявление такой эмоции как грусть и тоска.
* * *
Теперь армия встала лагерем вблизи границы с Северной империей. Находясь в пути уже целый месяц, Дияр начинал лучше понимать как мыслят те, кем он управляет. В свою очередь войны и советники привыкали к нему, всё больше признавая Дияра своим правителем. В отличие от того, как было принято в Родероне, регент вёл себя совершенно иначе. Он разделяет армию на несколько отрядов, чтобы в случае поражения одного, другой смог бы одержать победу. Сам же регент выбирает для себя лучшее оружие и садится в седло, намереваясь идти во главе отряда войнов. Естественно, многие из советников не поддерживают его идею.
— Милорд, при всём уважении… — заявил главный советник по имени Джастин Филиппс, — Я не могу позволить вам сделать это.
— Пока мои войны будут сражаться и проливать свою кровь, я должен отсиживаться в шатре и вкушать яства?! — спокойно, но с долей раздражённости вскинул Дияр, вглядываясь в глаза советника.
— Всякий, кому хоть раз пришлось заглянул в стекленеющие глаза солдата, умирающего на поле боя, хорошо подумает, прежде чем начать войну. И если я сознательно веду людей на смерть, то буду стоять с ними плечом к плечу… — объясняет Дияр.
— Что ж, если вы так решили… Возможно, вы и правы, милорд.
Дияр и довольно большая группа войнов встретились с противником спустя несколько часов ходьбы под проливным дождём. На закате состоялась первая битва. Солдаты Родерона были яростными и неудержимыми. Они были превосходно натренированны и обучены биться или до победы или до смерти.
Вражеская армия всего за два часа битвы понесла многочисленные потери. Со стороны Родерона жертв было всего четыре десятка, а раненных вдвое больше. Противник, оценив ярость Родерона, принял решение временно отступить.
38 часть
Анабелла украдкой протирала глаза от слёз. Её отец неподвижно лежал на постели, будучи лишенным сил говорить. Принцесса потихоньку кормила его бульоном, пытаясь хотя бы краешком губ улыбаться отцу. Король был в сознании и любящими глазами смотрел на дочь. Анабелла была уставшей, поскольку целый месяц старалась быть рядом с отцом.
— Ваше Величество… — в покои короля входит Роксана, старается говорить тише, но её лицо выражало явную радость.
— Роксана, в чём дело? — принцесса насторожилась и подняла на вошедшую подругу воспалённые глаза. Анабелла сидела у изголовья отца.
— Принцесса, у нас замечательные вести…
— О чём ты? Сияешь вся… — горько усмехнулась Анабелла.
— Наша армия одержала первую победу в битве при Антильской возвышенности. Только что мой муж прислал письмо. А в скором времени прибудет официальное послание от регента.
— Святые Небеса! — прошептала принцесса утопая в милой улыбке, — Значит это была первая победа. А что с лордами, Дияром, войнами? Скольких мы потеряли? — чуть дрожащим голосом спрашивает Анабелла.
— В письме было написано, что потери минимальные.
— Роксана, мне не по себе…Он там, я здесь. Почти все лорды — советники в военном походе.
— Вам не о чём тревожиться, принцесса. Замок охраняется должным образом.
— Я не о безопасности переживаю, хотя и об этом тоже. Я просто выдыхаюсь. Всё так сложно…
— Ваше Величество, что же будет дальше? Как чувствует себя король? Вы думали, что возможно случится непоправимое… — Роксана широко распахнула глаза и кажется не могла произнести вслух то, о чём думала на самом деле. Принцесса прекрасно понимала, о чём переживает её подруга. Чтобы король не был свидетелем их беседы, Анабелла встаёт на ноги и отходит с Роксаной в сторону.