— Добрый день, милорд! — Роксана первая заметила появление хозяина. Затем к двери повернулась Анабелла и приветливо улыбнулась.
— Добро пожаловать, дорогой! — принцесса хотела подняться, но передумала, когда это вызвало лёгкое головокружение. Ей пришлось скромно опуститься на стул и умилительно улыбаться. Дияр прошелся пятерней по своим влажным волосам, улыбаясь в который раз за это время, и скинул с себя пропитанный влагой плащ, который тут же подхватила Роксана.
— Ну и о чём болтают самые красивые женщины Родерона?! — тепло произнёс Дияр. Роксана скромно потупила взор, повесив плащ на вешалку. Анабелла смотрела на мужа во все глаза, впрочем как и всегда. Это доставляло ей особую радость. С каждым днём он менялся. И теперь образ нелюдимого отшельника совсем не вязался с улыбчивым, рассудительным и уважаемым главным советником Его Величества короля. Дияр подошёл к жене и, наклонившись, нежно поцеловал в лоб. От него пахло дождём, весенней прохладой и нотками цитруса. Лорд был одет с иголочки: в белом костюме, светло сиреневой рубашке и синем галстуке. Анабелла прекрасно понимала, что с изменением его статуса в обществе, да ещё и с такой внешностью, Дияр всё чаще становился чьей-то безответной любовью. Вместе с этим, наверное, должна была прийти ревность, но принцесса была настолько уверенна в непревзойденной силе их любви, что никаких досадных и неприятных чувств не испытывала.
— Анна, ты хорошо себя чувствуешь? — с заботой спрашивает он.
— Более чем. С нами всё в порядке! — улыбнулась принцесса, приложив ладонь к животу, — А как прошёл твой день? Как поживают отец и матушка?
— Не могут оторваться друг от друга! — подмигнул Дияр, — Матушка передавала тебе приветствие и просила следить за тем, чтобы ты берегла своё здоровье! Король ждёт удобного случая, чтобы приехать и навестить нас. В столице всё спокойно. Совет был долгим, но зато продуктивным. Теперь я две недели никуда не поеду.
— Правда?! Боже, я так рада! — воскликнула Анабелла. Ей порядком надоело, что Дияр уже месяц к ряду уезжал на рассвете и возвращался только вечером. У принцессы по-детски загорелись глаза.
— Если бы я раньше знал, что это так тебя порадует, послал бы куда по дальше эти советы! — бархатным голосом произнёс Дияр. Анабелла поддерживающе кивнула, хотя понимала, что он не мог поступить иначе и долг перед государством в любом случае очень важен. Дияр подошел к принцессе и стал гладить её спину: сначала нежно, потом энергично, чтобы размять её напряженные мышцы. Анабелла почувствовала сладостную негу. Она разомлела от прикосновений Дияра и его ласковых рук. Роксана учтиво улыбнулась краешком губ, поклонилась и вышла из комнаты.
— Я получил письмо от отца… — чуть тише обычного начал Дияр и принцесса заметила необычную горечь в его голосе.
— Давно от него не было вестей. Мне немного жаль, что он так быстро уехал тогда. Но, наверное, твоему отцу было неловко находится рядом с нами…после всего, — осторожно произнесла Анабелла. Она внимательно следит за мимикой мужа и с облегчением выясняет, что он скорее всего думает о том же. Дияр вертит в руках запечатанное письмо и смотрит на него с грустной улыбкой.
— В письме он заверяет нас в своей любви и…приглашает на свадьбу. Моя сестра выходит замуж.
— Это замечательная новость… — алые губы принцессы дрогнули и растянулись в милой улыбке.
— Напишу ему ответ. Приехать вряд-ли получится, но…мы ведь можем навестить их позже. Когда родится наш малыш. — тепло рассудил Дияр и положил письмо на стол, задержав на печати свою ладонь чуть дольше.
* * *
Небольшая и уютная спальня находилась на втором этаже. Анабелла в последние время проводила там всё свободное время. С удовольствием читала книги, наблюдала за рассветами и даже принимала пищу. Через два месяца на свет должен был появиться долгожданный малыш и принцесса уже чаще чувствовала его. Сегодня весь день, как из ведра, лил дождь и Анабелла так и не вышла из комнаты. Иной раз даже лёгкие шаги по коридору вызывали в пояснице жгучую боль. Этим вечером, лёжа в постели и уже готовясь ко сну, принцесса как-то неестественно дёрнулась. Неожиданный и довольно громкий возглас Анабеллы, всколыхнул ночную тишину. Дияр повернулся к ней и, нахмурившись, внимательно посмотрел на жену.
— Боже мой… — вздохнула Анабелла, прижимая ладошку к животу.
— Что такое? — его голос был натянутым, как струна. Девушка захихикала и из её глаз посыпались радостные искры.
— Он толкнулся. Толкнулся! — хлопая ресницами, заулыбалась принцесса. Дияр на миг прикрыл глаза и умиротворённо выдохнул.
— Анна, ты сведёшь меня с ума! Не пугай так больше! — слегка хмурясь, попросил лорд. Её рука тянется к его. Тонкие пальцы проходятся по запястью, скользят по ладони. Анабелла подкладывает его руку под свою щёку, затем подаётся вперёд, касаясь его носа своим.
И вот их губы сошлись тесно-тесно, и она лежала совсем вплотную к нему, и понемногу губы принцессы раскрылись, и вдруг, прижимая её к себе, Дияр почувствовал, что никогда ещё не был так счастлив, так легко, любовно, ликующе счастлив, без мысли, без тревоги, без усталости, полный только огромного наслаждения, и он сказал: — Мой маленький зайчонок. Моя любимая. Моя радость…
Он положил руку ей на выпирающий живот, ощущая толчки и ряб, потом ласково погладил его. Анабелла положила ладонь на его руку и тяжело вздохнула. Дияр вновь поцеловал её, только теперь в кончик носа, заставив молодую жену смешно поморщиться.
— Ты самый лучший… — прошептала принцесса, прикрывая от наслаждения глаза и затаила дыхание, когда почувствовала, как Дияр прижался губами к её животу, прямо поверх шёлковой сорочки. Это было так нежно и трогательно, что она едва удержалась, чтобы не всплакнуть. Он не удержался и стал покрывать её ноги легкими поцелуями. Его губы спустились вниз, поцеловали колено, и двинулись к лодыжке. Анабелла запрокинула голову, остоваясь с неимоверно красивой улыбкой на лице. Дияр приподнял голову и улыбнулся.
— Ты — моё счастье…
— Ты будешь любить меня вечно? — положив голову ему на плечо, мечтательно разглядывая потолок, спросила принцесса. Дияр аккуратно поглаживал её живот, иногда ощущая под ладонью смутные толчки. Они лежали так уже довольно долго, но этих минут было мало, чтобы в полной мере насладиться друг другом.
— Нет. — задорно усмехнулся Дияр, чем вызвал смешное недовольство на лице своей жены.
— Вечность — это абстрактно. А я люблю тебя сейчас, завтра, каждый день…
Несколько минут они молча смотрели друг на друга, раздумывая над сказанным и услышанным.
— Как отвратительно романтично… — криво усмехнулся Дияр.
— Знаю, — тихонько произнесла принцесса, запустив пальцы в его волосы, — Но мне нравится…
Каждый день используйте свое зрение так, будто завтра вас поразит слепота. Слушайте звуки голосов, птичье пение так, будто завтра вы оглохнете навсегда. Вдыхайте аромат цветов, наслаждайтесь вкусом пищи так, будто завтра вы потеряете обоняние и все для вас станет пресным. Любите друг друга так, словно вам отведён для этого последний день в жизни. Любовь, которая перемещает солнце и все остальные звезды зажглась в двух сердцах, соединила их воедино, связала крепко-накрепко и создала для них отдельный, полный счастья и покоя, мирок!
А через два месяца по всему поместью раздался болезненный женский крик, а потом плач новорождённой принцессы. Спустя два года маленькие ножки начали делать первые шаги, и даже бегали по коредорам и лестницам. Девчонка с белокурами волосами и глазками цвета ночи. Любимая и единственная дочка своих родителей. Солнышко.
Её звали Аврора.