– Правда лишь в том, что этот мужчина с большим пренебрежением относится к дворцовому этикету. Он прибыл вчера, но еще ни разу не появился в мужской гостиной.
Верон явно был недоволен тем, что простой советник наплевал на вековые традиции. И я была с ним полностью согласна. Кто такой этот Грауди, чтобы так себя вести?! Почему-то совершенно некстати вспомнилось, как отец обратился к нему по имени. Кристоф. Имя было подстать ему: такое же грубое и немодное.
– Господа, с вами было приятно поболтать, но мне пора готовиться к вечеру.
Сатос и Верон хором вызвались проводить меня до дворца, и я благосклонно приняла их предложение. Эхиль и Кесли угрюмо поплелись следом, злобно сверкая на меня глазами. Они о чем-то тихо переговаривались, а значит, строили козни. Сестрички терпеть не могли, что я во всем их превосходила, и постоянно пытались выставить меня в невыгодном свете.
Назло этим двум змеюкам всю дорогу до дворца я флиртовала с нирами. Смеялась над их шутками и позволяла осыпать себя комплиментами. В комнату я вернулась довольная собой и совсем не вспоминала об ужасном советнике.
Весенний королевский бал был главным событием года. На него, в отличие от осеннего, съезжались и гости из соседних королевств. Бросив последний взгляд в зеркало, я довольно улыбнулась. Мне на балу как обычно не будет равных. Платье кремового цвета открывало шею и плечи, а высокое декольте было оторочено изганским кружевом. Его специально везли в Нирданию из-за моря. Пышные рукава гармонировали с такой же пышной многослойной юбкой. Ее цвет в зависимости от слоя менялся от нежно-кремового к белому.
Завершали образ изящные туфельки с россыпью драгоценных камней и, разумеется, украшения из королевской сокровищницы. Ах да: кокетливая темно-рыжая прядка, якобы небрежно торчащая из высокой прически, готовилась сводить с ума новых поклонников. Я вышла в коридор и тут же наткнулась на сестер.
– Девочки, – я победоносно улыбнулась и сделала книксен.
– Алия, – ответили они на удивление дружелюбно.
Точно что-то задумали. Придется весь бал держать ухо востро. Мы спустились в семейный зал, чтобы там дождаться начала официальной церемонии. В помещении уже была куча людей: папины сестры с целым выводком детей и внуков, родственники мамы, ворчливые бабки с обеих сторон. Вся эта пестрая компания громко болтала и восторгалась убранством дворца. Я хмыкнула: ну, еще бы, я лично следила за работой декораторов.
– Чего это ты вырядилась как на свадьбу? – пропищала Эхиль.
Ей по возрасту было положено кукольное платье мерзкого розового цвета.
– Завидуй кому-нибудь другому.
Я отмахнулась от сестры, разглаживая на груди мягкое кружево.
– Да ты просто боишься, что никто не обратит на тебя внимания без всей этой мишуры, – фыркнула Кесли.
– Боюсь? – я смерила сестру недоуменным взглядом. – Ты в своем уме?
– А я согласна с девочками, – неожиданно выдала Марла. – Все твои поклонники знакомы между собой и просто повторяют друг за другом. Кого-то новенького ты вряд ли очаруешь.
– Да, – встряла в беседу Эхиль. – Кого-то, кому плевать на твое изганское кружево. Например, советника.
При упоминании Грауди я отпрянула от сестры. Наш сказочный бал и этот мужчина плохо сочетались друг с другом.
– С какой такой стати мне очаровывать советника?
– Да ты даже на танец побоишься его пригласить, – язвительно заметила Кесли, а остальные согласно закивали.
– Вы точно все ума лишились! – воскликнула я возмущенно. – Разумеется, я не буду приглашать на танец этого… хромого!
Слишком поздно я заметила, что три завистливые рожицы расплываются в довольных улыбках. Марла задрала свой тонкий нос и перевела взгляд мне за спину.
– Добрый вечер. Отец. Господин советник.
Глава 3
Я замерла, ощущая затылком чужой взгляд. Знала ведь, что эти гадюки что-то задумали, и все равно позволила им обвести себя вокруг пальца! Я медленно вздохнула. Что ж, от стыда еще никто не умирал, и я не умру.
– Папа! – я резко повернулась, позволяя подолу платья подлететь вверх.
Нужно было поздороваться и с советником, но при виде Грауди я лишилась дара речи. Вблизи он оказался еще выше. Мужчина нависал надо мной темным пятном на фоне сверкающей позолоты зала. Черные линии, которые я заметила на его лице в кабинете, оказались рисунком. Это выглядело так, как будто кто-то нарисовал краской поверх шрамов. Никогда не видела ничего подобного.
На советнике был всё тот же потрепанный сюртук. Я перевела взгляд на трость, подмечая красивые длинные пальцы, сжимавшие набалдашник.