Её спутник склонил голову:
— Как скажете, фиелнэ.
Он был юн (выглядел на пару лет старше Айвэна), но смотрел сурово. Одежда обоих была чёрной, из-за спин торчали мечи.
— Прости за ожидание, — сказала Мирла.
Найви стояла столбом. Зверокрылы — прямо перед ней… Казалось, стоит шагнуть, и они исчезнут… растают, как дымка перед восходом.
Но они не исчезали.
Только в глазах айринов не было радости, и ещё Найви показалось, что на неё смотрят с сочувствием.
— Ты дочь фьёрла, верно? — спросила женщина.
Ответить Найви не смогла — просто кивнула. И зачем-то сняла платок.
Из-за спины Мирлы показалась Элис:
— Я ведь говорила!.. Когда они вошли в город, мне сразу же стало ясно, что рядом айрин.
Через силу Найви сделала шаг. Чувство было странным: будто она спит, но знает, что это не сон.
— Кто вы?..
— Созерцатели, — сказала Мирла. — Шпионы айринов в Нижнем мире.
Юноша, которого она назвала Грэо, дополнил:
— Под наблюдением созерцателей находятся все города королевства. Мы с фиелнэ, — он глянул на Мирлу, — наблюдаем за Брелоном…
— С моей помощью, — вставила Элис. — Карлики-чаровники могут чувствовать айринов среди людей, а ещё разные вещи внушать.
«Например, казаться маленькими бездомными девочками», — подумала Найви, взойдя на пригорок. От животных и всадников её теперь отделял шаг.
— Вы с Ун-Дая?..
— Мы там бываем, — туманно ответила Мирла.
— И вы искали меня?
Её голос дрожал. Грэо открыл было рот, но Мирла осадила его взглядом:
— Тебя давно перестали искать — на Ун-Дае тебя считали погибшей. И сейчас считают.
Мозг Найви разрывался от вопросов, и ей трудно было выбрать, какой задать. Но с вопросами она решила повременить; прежде надо сказать им, что случилось с её семьёй.
— Маму с папой убила Канцелярия, — быстро произнесла Найви. — В этом замешана колдунья…
Мирла слушала бесстрастно. Закончив рассказ, Найви не удержалась — шагнула к зверокрылу и погрузила руку в шерсть. Каким знакомым было это чувство!.. Найви засмеялась и заплакала разом. Из другой её руки выпал платок, но туда ему и дорога — ведь он больше не нужен!
— Подними, — сказала Мирла. — С собой мы тебя не возьмём.
Смысл этих слов дошёл до Найви не сразу.
— Что?..
— Мы не можем, — в глазах Мирлы была твёрдость. — На Ун-Дае тебе не место.
Найви отступила. Тянувшаяся к зверокрылам рука замерла в воздухе помимо её воли.
— Как же это?.. Там мой дом…
— Уже нет, — Мирла отвернулась. — Ун-Даем правит новый фьёрл, и твоего возвращения она не жаждет. Кроме того, оно нарушит баланс сил. Долго объяснять, но ты останешься.
Найви захлестнуло отчаяние:
— Нет, погодите… вы должны забрать нас… Нам же некуда идти!
— Но ведь куда-то вы шли.
Найви мотала головой, будто слова можно было стряхнуть.
— Как же так?.. Вы же нашли меня…
— Случайно, — виновато бросил Грэо и отвёл взгляд.
— В каждом городе есть кворво, — сказала Мирла, — карлик-чаровник, помогающий созерцателям; им приказано докладывать обо всём необычном. Ощутив твоё присутствие, Элис нашла тебя, а фокус с бабочками доказал, что ты айрин. Мы вспомнили дочь фьёрла, якобы погибшую в Нижнем мире, и сложили дважды два. Но связались с тобой лишь затем, чтобы предостеречь: не ищи встречи с айринами. Даже если увидишь одного из нас в Нижнем мире, держись подальше.
В сердце Найви стало пусто.
— И ещё, — жёстко продолжила Мирла. — Возможно, ты слышала о чёрных зверокрылах, которых видят по ночам. Из-за них скоро случится что-то плохое, и люди станут винить в этом нас. Так что мой тебе совет — не привлекай внимание… Та-гуон!*
Зверокрылы стремительно взлетели, заставив Найви отскочить. В её лицо ударил ветер.
— Нет, не бросайте нас! — она беспомощно вскинула голову. — Пожалуйста!..
Ей показалось, что Элис вскинула руку. Через мгновение что-то упало в траву, и Найви, опустив взгляд, увидела монеты… те, что она дала Элис утром.
— Вам нужнее, — крикнула Мирла.
— Нет… — Найви как дура побежала за исчезавшими в небе силуэтами. — Вы не можете! Я дочь фьёрла, я приказываю вам!..
Но зверокрылы исчезли, а она рухнула на колени и зарыдала.
— Пойдём… — ладонь Айвэна легла ей на плечо.
Он заставил её встать и надеть платок. Они дошли до трактира и сняли комнату — вернее, всё делал Айвэн: он говорил с хозяином, а Найви слепо пялилась в пустоту.
Айвэнуступил ей кровать, а сам лёг на полу, постелив под голову жилет. Найви едва соображала, что происходит. Лишь потом до неё дошло: будь она одна, просто осталась бы у башни. У неё не нашлось бы сил идти.