И Найви зашептала, лёжа на жёстком матрасе:
— Прости меня… прости за то, что привела к тебе ловчих, за то, что я такая глупая… И ещё я трусиха, потому что не решалась даже прощения у тебя попросить! И сегодня я представила, как айрины возьмут меня с собой, а уже после подумала, что забрать должны нас двоих… Я испорченная эгоистка — пожалуйста, прости меня!
Было тихо — наверное, Айвэн уже спал… Но он вдруг ответил, и слова те стали лучшими, что Найви слышала за день:
— Ла эрцу — ветер развеет…
* Взлёт!
Глава 8. Человек из тени
I
В Горлановой Выси обожали пиры.
Их устраивали по поводу и без (чаще «без», ибо сложно каждую неделю найти повод для пира); даже болезнь не подвигла монарха разлюбить празднества, а уж отменять их тут не стали бы ни при каких обстоятельствах — включая трагические.
Лорд-казначей упал с коня и отбыл к Гарху? Так туда уйдут все — глупо жертвовать из-за этого пиром. Главный повар обварился насмерть? Так поваров много, а к пиру всё приготовлено (в том числе и покойным) — не пропадать же добру? Пожилой мажордом почил от простуды? Так на пиру его и помянут добрым словом… а заодно шутками, балладой и парой дюжин анекдотов.
Вот и сегодня тут опять пировали.
В тронном зале столы ломились от яств. Дамы хвастались нарядами, мужчины громко смеялись, слуги с оруженосцами подливали в кубки вино. Жареный олень и кабан уже были съедены, как и куры в «доспехах» из фольги; наступил черёд десерта — пирожных, яблок, пряностей в сахарной глазури и слепленных из теста драконов.
Лорд Грэм попробовал всего понемногу — и почти не ощутил вкуса.
— Клянусь Гархом, этот кутёж не такой уж и скромный, — выдал герцог, сидевший напротив.
В ответ засмеялись. Смеялся и смотритель — по привычке. При дворе глупые шутки надлежит встречать льстивым смехом.
Лорд Грэм сидел там, откуда мог видеть Отли; маленький принц скучал, явно желая уйти. А сидевший рядом Дарион витал в облаках — его взгляд был рассеян, на губах блуждала улыбка… Слишком бессмысленная, чтобы списать её на вино.
Лорд Грэм давно понял, что кронпринц подсел на хорш.
— Эй, а вы слышали, — сказал кто-то справа, — фермеры опять болтают про зверокрылов.
— Фермеры чего только не болтают, — ухмыльнулись в ответ.
— Э, не-е-е-ет, — в беседу вступил третий участник, — не может быть, чтоб и на западе и на востоке всем одно и то же мерещилось. Многие ведь про чёрных зверокрылов говорят…
— Прямо так и про чёрных!..
— Как уголь в Восточных горах! Не то чтоб я верил всяким байкам, но ведь слухи откуда-то берутся…
Вот теперь лорд Грэм улыбнулся искренне — но лишь краешком губ. Его давняя задумка срабатывала.
Он глянул на короля. Тот казался бесстрастным (кашель его пока не мучил), но смотритель не сомневался, что он гордится собой. Гордится так, словно план был его.
«Лучше бы ты был шутом», — зло подумал смотритель.
Его взор незаметно скользнул по присутствующим.
Потные лица, самодовольные улыбки, хмельные взгляды. С усов течёт жир, толстые пальцы трутся о скатерть. Жёлтые зубы по-звериному вгрызаются в десерт.
На каждом пиру смотритель задавался вопросом: зачем эти люди родились людьми?
Опять грянул смех — в этот раз его вызвал ходивший на руках акробат. Тот упал, и всем это показалось смешным.
Зачем?..
Разговор о зверокрылах плавно перетёк в другой — про Дальний Залив. Про графа Альви… Про того, кто чёрной тенью маячил над королевством.
Дальний Залив был торговым портом: океан вдавался в сушу, где постепенно вырос приморский город. Здесь начинался кратчайший путь к Аргаррэну — Северному континенту. Восточнее тянулись рифы; ближайший порт был в Центральных феодах — оттуда плыть дольше, опаснее и дороже. Тот, кто правил Заливом, держал в руках торговлю с Севером, и счастливчиком этим был граф Альви.
Когда-то он осторожничал — как и положено наместнику, назначенному королём: в Акробон уходили налоги, собранные с торговцев, а сам Альви ни словом не перечил монарху. Но сборы, оправляемые в столицу, становились всё меньше, зато знать Залива богатела — и верность королю почила под алчностью.
«И избавиться от него нельзя! — сказал однажды король. — За Ветряным кряжем трое его сыновей; не станет Альви, и знать Залива примкнёт к ним!»
Тогда-то у лорда Грэма и возник план.