— И одну бойню вы хотите предотвратить другой, — кардинал помолчал и продолжил: — Признаю: если останетесь в стороне, война непременно начнётся. Восстание Залива и двух-трёх герцогств на востоке…
— При вашей поддержке, — перебил его лорд Грэм.
— Я сохраню влияние церкви за Ветряным кряжем и даже расширю его. Альви станет королём Залива, а его связи с Аргаррэном позволят распространить гархианство на Северном континенте… Зачем мне ссориться с Альви?
— Чтобы сохранить королевство, — холодно ответил смотритель.
Кардинал молчал. В тусклом свете он походил на привидение.
— Просто не мешайте, — сказал лорд Грэм. — Даю слово: когда всё завершится, я помогу вам. Ваши епископы встретятся с вождями аргаррэнских варваров, а те разрешат вам проповедовать. Это случилось бы давно, умей Мальвадар договариваться.
Кардинал пытливо на него посмотрел; такого взгляда удостаивались немногие.
— А вы интересная личность.
— Простите?..
— Я невольно сравнил вас с собой, — тонкие пальцы огладили сутану. — Залив восстал бы и без меня — я лишь выбирал сторону… На моих руках не было бы крови. Вы же готовы оборвать десятки жизней.
— Война убьёт тысячи, — тон лорда Грэма посуровел, — а мои руки и так в крови. Останавливаться поздно.
— И вы сможете с этим жить?
Смотритель встал и взял фонарь.
— Десятки меньше, чем тысячи. Цель оправдывает средства.
— Я не спросил о благородности цели. Я спросил, сможете ли вы с этим жить.
Лорд Грэм зашагал к двери, не ответив.
— В разговоре с вами мне кое-что вспомнилось, — донеслось ему вслед. — Её величество, да храни Гарх её душу, ни разу не была на исповеди…
Смотритель с порога обернулся, но лицо кардинала теперь скрывал мрак. И из этого мрака донеслось:
— Не потому ли, что её величеству было, что скрывать?
— Спасибо за беседу, — стальным голосом ответил лорд Грэм. — А сторону, я полагаю, вы выбрали.
И он закрыл за собой дверь.
Глава 9. Тан-аргайл
I
Найви с Айвэном проснулись почти одновременно.
В снятой ими каморке было душно и воняло чем-то кислым. Над кроватью по стене полз таракан, во дворе лаял пёс. За грязным окном сурово хмурилось небо.
Вчерашняя встреча с созерцателями мигом всплыла у Найви в памяти, и настроение её стало таким же хмурым. Не вернуться ей на Ун-Дай… Теперь уже никогда.
Пока Айвэн зевал, она сосчитала деньги, добытые на состязании ловкачей. На поездку в Тилмирит, наверное, хватит, а что дальше, лучше и не гадать: теперь только и остаётся, что уповать на магистра.
«Лучше бы мы не встречали эту Мирлу!» — в сердцах подумала Найви.
— Поговорю с хозяином, — Айвэн встал и потянулся. — Может, кто-то из постояльцев поедет в Тилмирит.
— Я с тобой, — Найви опустила ноги на пол.
На стене вместо зеркала висел кусок жести. Смотрясь в него, она повязала платок, а затем они спустились на первый этаж.
Хозяином был тощий старик — магистр Фрэйн рядом с ним показался бы моложавым. Выслушав их, он сообщил:
— Считайте, повезло вам. Финч как раз на север собрался!
— Кто такой Финч? — спросил Айвэн.
— Торговец — соль с мукой в Акробон возит, чтоб подороже сбыть. А от Тилмирита до столицы рукой подать. Финч вас высадит на тракте — сам дальше поедет, а вы на восток пойдёте… Пешком доберётесь за полдня.
Найви с Айвэном переглянулись.
Снаружи уже скрипели телеги — Брелон просыпался рано. Финча они нашли во дворе, у стойл с лошадьми: он был горбатым, но улыбался и шутил, словно только что встретил свою самую большую удачу.
— Возьму, чего ж не взять… — сквозь улыбку проступил прищур. — Десять монет серебром — и поехали!
— Сколько?! — выпалила Найви.
— Шутка, — хохотнул Финч, — что ж я, не вижу, что у вас таких денег нет? Уж как-нибудь договоримся…
Сошлись на небольшой сумме, причём половину Финч получил вперёд. Но прежде Найви вернулась в гостиницу и сторговалась с хозяином: на оставшиеся деньги купила зубной порошок (изобретение алхимиков — чтобы чистить зубы) и кусок мыла: вдруг по пути им попадутся озеро или ручей? Ходить грязной было невыносимо. Хватило ещё на хлеб, приправу для похлёбки и солонину — не самая здоровая пища, как сказала бы Эмили… Но выбирать не приходилось.
В пути Финч пел, да так фальшиво, что Найви морщилась. Она привалилась к мешку с солью, Айвэн сидел, скрестив ноги. Он был угрюмей обычного, и Найви заметила: