— С таким лицом можно не бегать от ловчих: если тебя найдут, то примут за старика.
По гримасе Айвэна стало ясно, что ему всё равно.
— Помнишь, Мирла говорила о чёрных зверокрылах? — спросил он.
Найви сначала удивилась вопросу, но потом вспомнила:
— Про них и в Прилесье рассказывали, — она вкратце поведала о том, что услышала на ярмарке от Джаспера. — А почему ты спрашиваешь?
— Слухи ходили… — туманно проронил Айвэн. — Будто над фермами рядом с Фарнайлом кто-то летал… ну вроде как чудовище. Это было незадолго до того, как…
Он умолк, и Найви поспешно кивнула: незадолго до того, как Айвэн убил отца.
— Нэрцеры… — прошептала она. — В Дискуссионном зале твой отец и те люди упоминали нэрцеров.
— А Мирла сказала про чёрных зверокрылов, — подытожил Айвэн. — И ещё ты про них слышала.
— Но ведь неясно, есть ли они на самом деле…
Отведя взгляд, Айвэн заговорил о том, что предпочёл бы забыть:
— В ту ночь, когда я спустился под замок, там дул сквозняк, будто где-то был выход на поверхность. А снаружи, футах в трёхстах от того места, есть люк. Вокруг него ограда, за которую никого не пускают. Я видел этот люк всего раз, когда залез на дерево — он такой большой, что его только лошади оттащат… Кстати, то дерево на другой день спилили.
Найви догадалась, о чём он думает:
— Если внизу держат зверокрылов, то им нужна шахта, чтобы вылететь. Но зверокрыла только айрин оседлает…
— Обычного зверокрыла, — перебил Айвэн. — О нэрцерах мы ничего не знаем.
— Ты говорил, в Фарнайле жил айрин…
— Дженг. И если отец делал что-то со зверокрылами, то без айрина ему было не обойтись.
— Этот Дженг ведь с собой покончил? — вспомнила Найви. — Возможно, из-за того, чем ему пришлось заниматься…
Айвэн мрачно кивнул:
— Я и сам так считал, просто гнал эти мысли. Не хотел думать, что из-за отцовских опытов кто-то может спрыгнуть с башни.
Найви накрыла ладонью его руку. Это вышло спонтанно — ей лишь хотелось его утешить. Но им обоим сразу стало неловко.
Пряча глаза, они отстранились друг от друга. Айвэн продолжил, словно ничего не случилось:
— И ещё кое-что: в той части замка не держат животных — ни собак, ни кошек. Даже конюшни находятся в другом крыле. Иногда лошади по ночам с ума сходят: ржут, не переставая. А ещё странные звуки доносятся… — он помедлил, подбирая слова. — То ли визги, то ли свист. Днём я их не слышал, но ночью много раз… особенно за последний год.
Найви вновь поняла, к чему он клонит:
— А чёрных зверокрылов видели ночью… Думаешь, есть шахта, и нэрцеров выпускают ночами?
— Думаю, я плохо знал своего отца.
Привал они устроили в полдень. Тучи разошлись, и припекало так, что Найви взмокла. Бедные лошади обмахивались хвостами, отгоняя оводов; Финч отвёл их в тень, но даже там было жарко.
Рядом шумела река. Радуясь такому шансу, Найви взяла мыло и ушла за излучину, где быстро разделась и вымылась. Она даже одежду сполоснула (стиркой это назвать было нельзя), но на сушку времени не было — пришлось надеть наспех выжатое платье. В такую жару Найви не боялась простыть, тревожась лишь о том, как она выглядит во всём мокром; хорошо, что платье тёмное и к тому же великоватое…
— Ты чего так дол… — голос Айвэна оборвался на полуслове.
Она невозмутимо прошла мимо:
— Тебе тоже освежиться не мешает, — Найви бросила ему мыло. Айвэн поймал его и отвёл взгляд:
— Как будто я сам не знаю…
Пока его не было, она бродила по траве. В мокрой одежде было прохладно, зато не донимала жара. Финч привалился к камню и никуда не спешил, доедая ржаной хлеб. «И у сестёр сейчас время трапезы, — подумала Найви. — Может, послать им потом письмо?»
Но она одёрнула себя — незачем подвергать риску других… Хватит и того, что из-за неё пострадал Айвэн.
Путь вскоре продолжился. Айвэн сразу задремал, вызвав у Найви зависть.
Вот нервы — и на живом медведе уснёт!
Ей стало грустно: найдут они магистра, напишет он Айвэну рекомендательное письмо, и их пути разойдутся: магистр пристроит Айвэна где-нибудь в Дарге, а её — в Тилмирите… или в Брелоне… или вовсе за Ветряным кряжем. Ведь раз Канцелярия ищет обоих, то друг от друга лучше держаться подальше.
Мысль эта травила душу. Прежде Найви гнала её, но сейчас спросила себя: так ли уж сильно она хочет, чтобы их дорога кончалась?..
II
Заночевали в поле; можно было остановиться на постоялом дворе, но после Долгого дня туда было не попасть — все комнаты заняты. Да и денег на постоялый двор уже не было (кстати, и Финч туда не рвался: видимо, привык экономить).