— У нас четверть часа до того, как царнизол взорвётся, — сказал алхимик и заспешил к двери.
В тот миг Найви осознала, что познакомилась с другим магистром — словно на знакомом с детства цветке вдруг проступили шипы. «Не проступили, — подумалось ей. — Просто смотрела я на лепестки, а не на стебли».
— Что с тобой? — спросил Айвэн, будто что-то почувствовав.
— Ничего… — буркнула Найви и добавила уже сама себе: «Добро пожаловать в реальный мир».
В конце концов, не в него ли она рвалась?
Глава 11. Нэрцеры
I
Кусты за спиной Гайны сомкнулись, словно занавеси.
Было это в те минуты, когда Найви с Айвэном ещё шли в Тилмирит. Опушку леса, куда вышла колдунья, залило вечернее солнце, на мшистых кочках желтел свет. Где-то рядом жужжала стрекоза.
«Был наш повар зол и глуп, стрекозу он бросил в суп», — вспомнила Гайна детский стишок и засмеялась.
Акробон был уже близко. Часть пути она шла, часть скакала верхом, взяв лошадь у какого-то фермера (тот был стар, и встреча с Гайной приблизила его и без того близкий конец). Но к вечеру ей пришлось спешиться: неудобно колдовать, сидя в седле.
А колдовала Гайна уже час.
Она управляла лисой, на которую охотились король со свитой; «хмарь» в самочувствии монарха сменилась «солнцем» (пусть и временным), позволившим ему развлекаться. Смотритель и Дарион тоже участвовали в охоте… В эпохальной охоте, от которой зависела не только лисья судьба.
Гайна управляла лисой и улыбалась; очень скоро лорд Грэм обнаружит в своём супе стрекоз.
***
— Ну и где эта проклятая лисица? — спросил король.
— Не могу знать, ваше величество, — отозвался лорд Грэм.
Король фыркнул, придержав коня. Он восседал на гнедом скакуне — чистокровном «пустыннике», привезённом когда-то из Эль-Акзара. Лорд Грэм мог поклясться: когда тот скакал, восхищался сам ветер.
Смотрителя эта картина удручала: красавец-пустынник — и король, неспособный управлять королевством.
«Болезнь» монарха на первый взгляд отступила — само собой, ненадолго. Лорд Грэм даже знал, что будет потом; к кашлю добавятся боль в груди, затруднённость дыхания и озноб. Следом придёт лихорадка. Месяц в бреду — и монарха не станет… Вслед за Дарионом, которого не станет уже сегодня. Причём обе смерти сольются в цепочку: сын случайно гибнет от лап берсерка, и больной отец, не выдержав потрясения, сдаётся мучившей его хвори… Выглядит правдоподобно, не так ли?
Что же до «бунтов-заговоров», то и этот вопрос сегодня будет решён.
Нэрцеры уже на пути к городам, а летящих на них всадников снабдили «огненной смесью» — изобретением Гилмора; этот день многие назовут чёрным. Но страна избежит развала, жертв которого не счёл бы никто, и в лице Отли получит достойного короля.
Хирург ради спасения жизни отрезает ногу. Если ты управляешь Канцелярией, ты тоже в своём роде хирург. А пациент — всё королевство.
— Ваше величество, похоже, лиса переплыла озеро.
Смотритель с королём обернулись.
К ним подъехал барон Бэлфорд — рыжеусый толстяк с вечно красным лицом; как хранитель Королевского леса он командовал охотой. Чуть дальше блестели кирасы гвардейцев — те в охоте не участвовали, но держались рядом с монархом.
— Псы потеряли след, — барон виновато теребил край платка, которым вытирал лоб. — Уж больно хитрая зверюга попалась…
— Прелестно!.. — король ничуть не расстроился. — Я думал, нас ждёт смертная скука, а эта лисица оказалась умнее всех вас. Что скажешь, Кадмус? — прокашлявшись, он повернулся к лорду Грэму. — Не прочь прокатиться на тот берег?
Смотритель сдержанно улыбнулся:
— Как прикажете, ваше величество.
Вдалеке уже слышались хлопки: охотники били по кустам кнутами, пытаясь выманить зверя.
— Надо же, — к ним подъехал Дарион, — оказывается, и лисы полны сюрпризов. Прямо как люди, а, Грэм?
Прозвучало это странно и почти что с угрозой, но смотритель не стал на сей счёт волноваться. В конце концов, любитель хорша может ляпнуть что угодно.
Кавалькада двинулась в объезд озера, похожего в вечернем свете на зеркало; охота началась поздно — в Горлановой Выси разучились рано вставать. Монарх со свитой так долго отсыпались после двухдневного пира, что к месту охоты прибыли не с утра, как планировалось, а лишь к вечеру.
Когда король и его спутники достигли того берега, лису уже выманили из кустов. В уши ударил звук рога, замелькали шапки выжлятников — красные, с длинными перьями. Над мелколесьем разносился лай гончих.