– Я хочу получить у него совет – как монарх у монарха.
– Почему он должен давать вам советы?
Не смутившись, Инос отозвалась:
– А почему бы и нет?
Кар скреб копыто острием кинжала, отозвавшись невозмутимым голосом:
– Вы – союзница колдуньи. Она держит вас здесь ради каких-то своих целей. Ваша тетя проводит целые дни в ее обществе, распивая чай, сея недовольство среди дворцовых женщин.
– Я не желаю зла Араккарану!
– И какие же доказательства вы можете представить, кроме своего слова?
Как глупо! Ей следовало ожидать такой подозрительности. Она совсем не задумывалась о местной политике, поглощенная собственными делами.
Да, здесь не Империя и уж конечно не Кинвэйл, а она затеяла сложную игру. Азак мог быть снисходительным в развлечениях, но никогда не вел игр.
– Неужели я выгляжу так, будто представляю угрозу для Араккарана?
Кар выпрямился и взглянул на нее, слегка пригасив улыбку.
– Вы выглядите как шпионка Империи.
– Что за чепуха! Я похожа на импов не больше, чем вы.
– Ветер приносит запахи войны.
– Это правда. Импы захватили мое королевство!
– Так вы объясняли женщинам. И еще вы задавали вопросы, – вкрадчиво добавил Кар. – Странные вопросы! К примеру, вы спрашивали, каким образом был избран султан.
– Вот именно! Как был избран султан? Не может быть, чтобы это оказалось государственной тайной, а мне никто и ничего не разъяснил. У Азака много старших братьев, почему же султаном стал он? И в Краснегаре, и в Империи…
– А в Зарке поступают иначе. – Кар склонился к четвертому копыту. – Султана выбирают.
– Какой демократизм!
– Да. Когда умирает султан, имам созывает принцев.
– Кто такой имам?
– Священник. Он спрашивает принцев, кто из них станет преемником. Если несколько человек сразу выходят вперед, имам отпускает их. На следующий день он вызывает принцев снова.
Инос подавила приступ тошноты.
– И так до тех пор, пока не останется всего один претендент?
– Вот именно.
Выборы путем исключения?
– Сколько же человек шагнуло вперед вместе с Азаком? Кар завершил осмотр и выпрямился. Он по-прежнему улыбался, разве что лицо его казалось краснее обычного.
– А вы как думаете?
– Кажется, я поняла…
– Вот и хорошо. Проведите кобылу по кругу.
– Я уверена, что с ней все в порядке.
– Ведите ее! Невозможно угадать, кто наблюдает за нами.
Что он имел в виду – глаза простых смертных или волшебное зеркало? Инос повела Сезам по кругу, гадая: неужели колдунья свела с ума весь дворец или же таков Зарк? Даже Кэйд в последнее время ходила с поджатыми губами и то и дело вздрагивала.
– Она в состоянии везти всадника, – заявил Кар.
– А прежний султан…
– Зоразак – блаженной памяти наш дед.
– И как же…
– От глубокой старости. – Глаза джиннов темнели под ярким солнцем, и теперь у Кара они приобрели цвет запекшейся крови. – Весьма прискорбно…
Несмотря на зной, Инос поежилась. Теперь она понимала, почему никто не желал обсуждать такие темы.
– Сколько лет ему было?
– Почти шестьдесят. Он умирал дольше, чем мы ожидали, но не испытывал мук.
– Как отрадно слышать это!
«Честен, как джинн»! Теперь Инос понимала, что означает эта поговорка. Кар кивнул.
– Султан велел передать вам: вы уже заявили о себе, так что незачем больше участвовать в охотах. – Улыбка слегка смягчилась. – А я позволю дать вам свой совет: держитесь подальше от политики, Иносолан. Это искусство слишком опасно для женщин – даже правящих королев!
Тонкий и гибкий, Кар прошел к своему жеребцу, который за все это время не сдвинулся с места. Не касаясь стремени, он взлетел в седло и мгновенно пустил коня рысью по крупным камням, оставив Инос стоять рядом с Сезам.
Сезам разразилась звучным ржанием.
Инос вернулась в конюшни в полном одиночестве и необычайно рано – поэтому сопровождающих для нее не нашлось. С равнодушной усмешкой она на прощание погладила Сезам и направилась по уже хорошо известному пути через залы и галереи, тенистые рощи и узкие аллеи. Гнев жег ее сильнее, чем солнце. Возможно, злиться при ходьбе легче, чем верхом.
Какой же идиоткой она оказалась! Безмозглая девчонка! Она буквально вломилась в высший свет Араккарана, ожидая, что мышление принцев изменится оттого, что какая-то девчонка умеет ездить верхом! Более того, она ждала перемен в самом султане!