– Колдовское! – тут же поправил старик. – Оно принадлежало моему прадеду. Где и когда он его взял, мне неизвестно.
– Оно помогает обнаружить колдовство? Вероятно, ей не следовало задавать этот вопрос – Элкарас отозвался раздраженным вздохом:
– Да. Когда писец, о котором я вам рассказывал, совершает чудеса с цифрами, этот камень светится зеленым огнем – причем та его сторона, которая ближе к писцу.
– А я думала, слова силы нельзя обнаружить с помощью магии. – Инос вдруг почувствовала тревогу. Она задумалась, когда и каким образом сможет вызвать зеленый огонь в глубинах этого мутного камня, а может, уже сделала это. Поскольку до сих пор слово, переданное отцом, не принесло ей пользы, казалось несправедливым, что оно постоянно подвергает Инос опасности.
– Слова нельзя выявить даже с помощью колдовства, – согласился Элкарас. – Это правда. Но их применение можно обнаружить.
– Расскажи ей про моего деда, великий, – предложил Азак. – Моего блаженной памяти деда. – Он обратил к Инос лицемерный взгляд, словно запрещая ей высказываться по этому поводу.
– Да, блаженной памяти. – Шейх вздохнул. – Благодетель, о котором глубоко скорбели… я питаю к нему искреннее уважение, ваше величество.
– Я не в обиде. Мы же договорились.
– Верно, Убийца Львов. Он был могущественным человеком. Ваше знакомство с волшебством простирается до понимания способностей адепта? – Вопрос был обращен к коленям Инос: уже начиная разбираться в тонкостях поведения шейха, Инос поняла – это все равно как если бы он взглянул ей прямо в глаза.
– Кажется, адепт обладает каким-то одним талантом, – отозвалась Инос, припоминая слова Раши.
– Вот именно. Покойный султан Зоразак был адептом. Нередко я прогуливался мимо дворца по вечерам и видел, как камень в моем кольце вспыхивает желтым цветом.
Азак грубо усмехнулся:
– Полагаю, это бывало поздно вечером?
Шейх улыбнулся, слегка повернувшись в его сторону.
– Иногда. Его силы были легендарными. Но даже когда он ездил верхом, я видел свидетельство его принадлежности к адептам.
– Да, он был безупречным всадником, – печально согласился Азак.
– А Раша?.. – начала Инос.
Еще одна раздраженная пауза подсказала ей, что она вновь поспешила. Журчал фонтан, листья над головой деловито шелестели. Откуда-то издалека доносился детский плач. Инос не сдалась.
– Какой цвет придает вашему кольцу Раша, великий?
– Красный, – сердито ответил старик. – И притом очень яркий. Даже здесь, вдали от дворца, я могу узнать, когда она начинает колдовать. Можете представить себе мою тревогу, когда я впервые узнал, что в Араккаране есть волшебница.
– Вы же сказали, что волшебство окружает нас.
– Нет! – фыркнул шейх. – Я говорил, что нас окружают таинственные силы. Прежде мне еще не случалось узнавать о колдунах, хотя отец говорил, что с ним такое бывало. В Алакарне мое кольцо часто вспыхивает – должно быть, там найдется несколько магов, и мне известно о двух адептах, а также гениях. Даже здесь, в Араккаране, я насчитал по меньшей мере трех гениев.
Неужели хитрый старик угрожал ей? Инос не знала наверняка. Он даже не смотрел в ее сторону и потому не мог заметить ее беспокойство. Инос спросила:
– Тогда почему бы вам не собрать слова и не стать колдуном?
– Почему бы вам не стать блудницей и не разбогатеть?
Инос забормотала извинения, недовольная блеском насмешки в красных глазах Азака. По-видимому, слова Инос смягчили Элкараса или же он удовлетворился, оскорбив ее. Старик усмехнулся, солнечные лучи играли на гранях рубинов, украшавших его головной убор.
– Такое воровство – не только безнравственный поступок, но и весьма трудная задача. Краткая вспышка не позволяет точно определить местонахождение человека. К примеру, когда я говорю, что мне известно об адептах, я имею в виду всего лишь то, что в некоторых деревнях мое кольцо начинает светиться желтым блеском. С араккаранскими гениями я незнаком. Вот опять! Видели?
– Нет, великий.
Азак тоже нахмурился и покачал головой.
– Да, вспышка была едва уловимой, – подтвердил Элкарас, – но несомненно зеленой – значит, ее источник где-то далеко. Должно быть, внизу, у гавани. – И чтобы отметить находку, он налил себе еще кофе.
Указанное стариком направление было противоположным от Инос – значит, если сигнал и появился, то вызвал его другой. Инос решила, что ей не по душе этот старец и его кольцо. Оно могло представлять угрозу для Инос, если ее слово силы вдруг начнет действовать. Она начала испытывать серьезные сомнения насчет султана и его чересчур сложных интриг.