Неуклюже поклонившись, Рэп произнес:
– Я в величайшем долгу перед вами. – Запнувшись, он засмущался, попытавшись преодолеть неловкость, совсем запутался. – Женщина… дама… такое мужество… я хочу сказать…
– Это самое меньшее, что я могла сделать, Рэп. В том, что произошло… во многом моя вина.
Фавн смотрел на нее широко раскрытыми глазами. Огромными, ясными, серыми, спокойными – но Кэйд чувствовала, что за внешним равнодушием скрывается жесткий самоконтроль и нежелание выдавать свои мысли. Его благополучная внешность, несомненно, была всего лишь маской, поддерживаемой магией, – никто не мог так быстро оправиться от столь тяжкого испытания.
– Вы?
– Да, – устало кивнула герцогиня. – Но сейчас мне бы не хотелось об этом.
– Конечно. – Он скосил глаза на одно из тел и, показав рукой на остальные, спросил: – Сколько их было?
Она бросила отчаянный взгляд на Сагорна. Старик буркнул:
– Одиннадцать.
Рэп болезненно поморщился:
– Милосердные Боги! Я не стою столько.
– Ты это серьезно? – ахнула Кэйд. – Тебе не кажется, что они заслужили свою участь? Вспомни, что они с тобой сделали!
– Жизни лишились не те, кто заслужил это, не так ли? Боги не страдают излишней справедливостью. И кроме того, – пожал он плечами, – кашу заварил я. Мне говорили, что я убил троих, но достал я многих. Могу ли я винить этих за то, что они хотели расквитаться со мной за товарищей?
Печаль Рэпа казалась искренней, но Кэйд слишком мало знала фавна, к тому же теперь он стал магом, а маги не грешат откровенностью. Герцогиня поспешила задавить в себе росток недоверия, напомнив, что Иносолан выбрала этого парня своим другом, а подсознательно – больше чем другом; и Боги одобрили ее интуицию. Чего еще сомневаться?
– Рэп, ты можешь вытащить нас отсюда?
– Понятия не имею! Я так недавно стал магом, что пока и сам не знаю, на что я годен. – Уголки его крупного рта слегка вздернулись в подобии улыбки – что бы Инос ни разглядела в нем, она выбрала его не за красоту.
Некоторое время Рэп сосредоточенно молчал, потом уставился на черный камень в дверном проеме и сообщил:
– Джинны тащат кувалды. Надо же, какие настырные! Совсем как импы тогда. Помните? Пожалуй, я мог бы восстановить дверь и подержать стражников в сторонке, пока мы выйдем… – Юноша говорил с какойто странной отрешенностью, озираясь по сторонам. Его блуждающий взгляд наткнулся на Сагорна. До этого момента он его словно не замечал. – А на этот раз я стал магом!
– На этот раз у тебя не было выбора, – цинично ухмыльнулся доктор, тщетно стараясь скрыть недовольство.
Рэп проигнорировал колкость. Он внимательно рассматривал вентиляционное отверстие.
– Этот воздуховод я вполне могу расширить. Ваше высочество, вы не против карабкаться вверх по лестнице?
– Я полезу по натертому салом столбу, если он приведет меня к ванне.
Рэп фыркнул, но, подавив веселье, тут же принялся извиняться:
– Простите. Если хотите, я удалю кровь и…
– Нет, благодарю. Лучше я сделаю это горячей водой.
Рэп коротко кивнул и сосредоточенно уставился на дырку в потолке. Отверстие стало медленно расширяться, пока не превратилось в шахту, снабженную бронзовой лестницей, спускающейся к коврику.
– Я полезу первым, – распорядился он. – Мне предстоит поработать, пока мы не выберемся наружу.
Проворно, как кошка, карабкаясь вверх по перекладинам, фавн скрылся из виду внутри шахты.
Кэйдолан посмотрела на Сагорна. Лицо старика превратилось в маску зависти и восхищения.
– Энергичный юноша, – прокомментировала герцогиня.
– О да! – кивнул доктор. – Вполне! Вполне! Исключительно энергичный парень. И на редкость упрямый!
– Что вы имеете в виду? – Поднимаясь, Кэйд с трудом разгибала колени. Она боролась с усталостью, навалившейся на ее плечи.
– Только то, что Рэп всегда делает именно то, что хочет он, и я не знаю никого, кому бы удавалось отговорить фавна от задуманного. Вот и теперь он пойдет напролом. Его не остановишь.
3
Безусловно, эту трубу создали не человеческие руки, уж слишком она была узкой. Несомненно, здесь некогда поработал могущественный колдун, который и превратил естественную пещеру в темницу со множеством камер и коридоров. Рэп сейчас делал нечто подобное, расширяя червоточину до шахты. Справляться со скалой особых сложностей не составляло, здесь требовалось лишь изменение формы. С лестницей было хуже. Производить металл, оказывается, слишком трудоемкое занятие, и через пару локтей Рэп переключился на дерево. С этим проблем не возникло.