Бывало я просыпалась среди ночи от яростного желания, терзавшего меня и почти сражалась с собой, всерьез размышляя над тем, чтобы подняться по винтовой лестнице в кабинет, где Луций спал на жестком диване и лечь рядом… прижаться, ощутить этот его волнующий аромат…
Но хуже этих ночей были только утра в его кабинете, когда мне казалось, что он читает мои мысли… и знает все, что творится в моей дурной голове! Как же иначе объяснить ту загадочную улыбку, что скользила по его губам? Но мужчина хранил молчание и вел себя как обычно. Не выказывал мне особых знаков внимания, не бросал взглядов, намеков. В конце концов именно это он мне и обещал – быть другом.
Но теперь мне внезапно стало этого мало. И все же меня в наших отношениях беспокоило не это, а то – хотела ли я Луция или мне просто нужен был мужчина.
До чего же грязно я чувствовала себя во время таких размышлений.
***
Дни становились короче, и колдун появлялся в башне в все реже. Теперь он дольше задерживался в отлучках и иногда разговаривал со мной только во время завтрака обеда или ужина, а то и вовсе запирал кабинет перед моим носом, прося не беспокоить его.
Я обижалась на него, но был ли в том какой-то прок? Этот человек ничего не должен был мне. Наоборот, это я пользовалась его милостью. В какой-то момент я и вовсе перестала появляться в его кабинете.
Так, быстро сблизившись в начале, мы отдалились друг от друга настолько, что стали жить под одной крышей, точно трубочист и фонарщик, которые не пересекаются в общих комнатах и коридорах, потому что один уходит на работу, когда другой уже спит, а второй делает все наоборот.
Белый снег, выпавший за стенами крепости Беккен больше не таял, ночи стали такими холодными, что я перестала гасить камин…
Тогда-то это наконец и произошло.
17. Лечу в небо, падая в пропасть
– Банагор знает, что ты со мной.
Ранним зимним утром Луций постучался в дверь моей спальни и заставил вылезти из-под теплого пухового одеяла. Попросил подняться к нему, чтобы позавтракать вместе, хотя этот по началу обязательный для нас дружеский ритуал давно канул в лету. Вот и теперь, мы не ели. Просто сидели у накрытого кофейного столика, я на диване, он в кресле. Колдун был напряжен и смотрел на меня пристально, не отводя своих холодных голубых глаз, словно не решался что-то сказать. Принять какое-то важное решение.
Я поняла его взгляд по-своему и решила задать вопрос в лоб.
– Но… ты же знал, что это произойдет? Луций, я не знаю, что между нами не так в последнее время, но я чувствую, что что-то изменилось. Скажи мне честно, ты жалеешь о том, что помог мне?
– Глупости. – Не задумываясь ответил он и прикрыл глаза рукой, словно боролся с сильной усталостью. – Он знает, кто увел тебя у него из-под носа, но никому не известно, что я обитаю здесь. Что до демонов, то они не нарушат молчание, даже если дракон живьем будет снимать кожу с ими одержимых.
– Тогда что не так? – На самом деле этот вопрос мне хотелось сказать не спокойно, а выкрикнуть ему в лицо, потому что именно он мучил меня все это время.
– Мы не можем больше здесь оставаться. Точнее я не могу. – Добавил колдун и мне показалось, что его голос дрогнул. – И не могу оставить тебя здесь одну. Потому что без меня эта крепость больше не будет надежной защитой для тебя.
– Я не понимаю. Почему? – Опешила я.
Седоволосый не торопился с ответом. Все его движения, резкие хаотичные, говорили о крайнем нервном напряжении и мысленной борьбе, что шла внутри его сознания. Луций вертел перстень на пальце, бегал взглядом по комнате, словно ища поддержку или предлог. Чего он боялся? О чем не хотел говорить?
– Я отправляюсь в Чернолесье, в Амадаэн-сур – сердце леса. Это может быть опасно, но взять тебя с собой – все что я могу тебе предложить.
Я замерла. Внутри меня все похолодело.
– Зачем? Я хотела сказать… разве Чернолесье не на востоке Эвенора? Ведь… дракон…
– Да, это совсем рядом с его логовом. – Закончил за меня мужчина и заговорил быстро и ровно. – Но он не будет ждать, что мы появимся там. Это было бы по меньшей мере глупо нам так приближаться к нему.
– Да, глупо… но почему…
Луций не дал договорить:
– Так ты отправишься со мной или нет? Ты можешь остаться здесь, но у нас не будет связи с тобой… долго. Я оставлю нескольких приглядывать, но боюсь, они не составят хорошую компанию.