-В плаще, на мотоцикле лучше не рассекать, а про кровь – хорошо, - деликатно высказалась Джульетта.
-Не Генри Миллер, конечно, но для дебюта вполне подойдет, - подвела итог Жвж. – Все. Пошла, спать. Завтра рано вставать.
-В таком случае, добрых снов, девочки, - мило улыбнулась Джульетта, покидая чат.
-П…..ц!!!
Не такой реакции ожидала Маша от лучших подруг, открывая им тайные чертоги своей творчески-чистой души. Но ничего не поделать, видимо такова жизнь. Удел всех гениев – непонимание и одиночество.
-Одиночество и непонимание, - прошептала Одинокая Клэр, прежде чем, провалиться в бездонную яму сна. – Печальный удел г…
Джульетта* - ключевой сюжетообразующий персонаж романа «Контрольная точка».
Жвж* - тайна аббревиатуры-имени Копотько, будет открыта в главе номер 5.
Никогда и ни за что
В идеале, Кристина Ивановна Копотько должна была родиться на стыке кровавых революционных времен, чтобы реализовать потенциал своей активной души. Жаль, что эпоху зачатия не дано выбирать, а она явилась миру в начале двухтысячно-нулевых. Когда тренд на спокойные русские имена: Вера, Надежда, Любовь, давно миновал, а вычурная экзотика в виде: Марф, Авдотей и Глаш еще не пустила глубоких корней в сердцах незамужне-женатых людей.
Диссонанс восприятия и сонмище подростково-придуманных травм привели к тому, что Кристина, неполных семнадцати лет, решила сменить имя на Жвж (Жизнь во лжи), написав заявление в паспортный стол.
-Значит, Жвж? – уточнила грузная, эмоционально опустошенная женщина, немало повидавшая на своем трудовом веку.
-Она самая, - решительно сказала-отрезала Копотько.
-Почему не Жвл? – на всякий случай спросила незамужняя паспортистка с розмариново-мутной печалью в глазах.
-Потому что "во лЖи", априори главная буква Ж. Синтаксический упор на нее. Это же ясно для всех?
-Средь порочных утех…
-Что? – удивленно вскинула бровь Копотько.
-Ничего.
-Тогда…
-А вдруг вы популярный тик-ток блоггер или платный иноагент и Жвж, расшифровывается как: «Жизнь. Вроссии. Жопа.
Кристина хотела спросить, «Осталась ли в своем ли уме, средь порочных утех, грузная, эмоционально опустошенная паспортистка с розмариново-мутной печалью в глазах, немало повидавшая на своем трудовом веку?"
Вместо этого предложив, - Наверное, я лучше пойду?
-Конечно иди, – кивнула безумная визави. – Если захочешь вдруг стать Жвл – обязательно приходи.
-Никогда, - поклялась в душе Жвж и ушла.
-Захочешь продать Родину, мать, отца, семью и детей, - приходи, издевательски улыбнулся бородатый злодей.
-Ни за что! – гордо сплюнул кровью, связанный по рукам и ногам Грем Гримм, рассмеявшись подонку в лицо. -Лучше убей меня, прямо сейчас!
-Желание гостя – закон! - захохотал бородатый бандит, доставая огромный сверкающий нож и сделав два стремительных шага вперед, взмахнул волосато жирной рукой…
Бета тестер
Родственников не выбирают.
Даже очень талантливые люди.
Так уж устроен мир.
И ничего поделать нельзя.
Вот как, скажите на милость, объяснить, что одни и те же сперматозоиды, обойдя миллиард претендентов, становятся олимпийскими чемпионами в сексе и жизни, а другие, из практически той же ДНК цепочки – алкоголиками и унылым гавном?
Да никак подобные адаптивно-причудливые метаморфозы вселенной не объяснить. Остается принять как должное, не забивая голову экзотерической чепухой.
Дядя Петр, кровный родственник по материнской линии (брат), был той самой причудой мироздания, которая ставила в тупик не только суровых работников медвытрезвителей и циничных врачей, но даже прогрессивную Машеньку П.
После того как завистливые подруги не оценили ее гениальный прорыв, Одинокая Клэр решила, что родной дядя, несмотря на регулярное превышение среднестатистических, предельно допустимых показателей концентрации алкоголя в крови, способен прочесть несколько глав. И выразить свой неподдельный пьяный восторг.
Как же безумно-жестоко она заблуждалась!
Не передать…
Гремм Гримм стоял на вершине небоскреба, принадлежавшего их семье. Безжалостный дождь хлестал его по щекам. Он вымок до нитки, но казалось, что не замечал ничего творящегося вокруг. Ни бушующего урагана, приближавшегося с ледяного севера, ни пронзительных стонов птиц, предчувствующих беду, ни…
-Машенька, - обычно мутные, словно у несвежей селедки Иваси, глаза дяди, светились умиротворяющей добротой, как у посланца небес, сошедшего на землю, чтобы восхититься чем-то невероятно прекрасно большим. – Тебе не кажется, что конкретный абзац в целом, и «пронзительные стоны птиц, предчувствующих беду», в частном… Это, как бы помягче выразиться, чтобы не очень обидеть тебя? В общем, немного не то, что Венедикт Ерофеев школьникам прописал?