А всё эти чувства. Что ж, у меня есть пятьдесят восемь минут, чтобы вдоволь наплакаться в ванной.
Но горячая вода и ароматная пена довели не до слёз, а до блаженства. У Славы я старалась не принимать ванну, а пользоваться только душем. Казалось, стоит лечь и расслабиться, как этот извращенец найдёт, как подловить. Например, запрёт сверху крышкой, чтобы канарейка стала рыбкой и всплыла в своём аквариуме кверху брюхом.
Хотя, он мог и в душевой кабине меня запереть.
Ладно, не важно...
Возвращаюсь за ноутбук и сразу пишу Зойке.
«Я вернулась».
Зоя тоже тут как тут:
«О, а я уже была готова вновь тебя потерять».
«Я не опоздала же, ровно час».
«Ладно-ладно, как скажешь. Кстати, не соизволишь изложить в кратком повествовании где ты пропадала месяц, что за командировка?»
Вопрос ставит в тупик, но меня так хорошо после ванны, что не хочу что-либо наспех придумывать и врать.
«Прости, Зай, не могу, слишком частный заказ».
«А фотки покажешь? Наверняка сто-то для себя фоткала, не только по работе?»
Вот ведь... знает меня как облупленную.
«Прости, фоток нету. Работала, как не в себя. Особенно в последние дни. Там вообще такая жесть была — вспоминать страшно».
«Ладно, не вспоминай, раз так страшно. Но в следующий раз, если решишь пропасть с радаров, хотя бы, не знаю, письмо пришли или открытку. Почта-то там была?!»
Почта?.. А ведь я так и не спускалась сегодня к почтовому ящику. Интересно, мой ответ Славе ещё там? Или меня ждёт новое письма? А может, это кто-то так вчера неудачно пошутил?..
В любом случае надо бы проверить.
«Слушай, мне нужно отлучиться, минут на десять».
«Ладно. Вижу, ты в полном порядке, можешь не писать каждый раз, когда тебе предстоит меня покинуть. ПРОСТО ПРЕДУПРЕЖДАЙ, КОГДА УЕЗЖАЕШЬ В ДАЛЁКИЕ ДАЛИ НА ДОЛГОЕ ВРЕМЯ БЕЗ ВОЗМОЖНОСТИ СВЯЗАТЬСЯ СО ВНЕШНИМ МИРОМ, БЛИН!»
«Прости».
Прости, если бы я могла... Ты не представляешь, как мне хотелось связаться.
Накидываю халатик, беру с собой обычную шариковую ручку и спускаюсь на второй этаж. Открываю ящик. Опять закидан рекламками и парой ненужных мне газет, которые тут же отправляются в мусор.
А вот и он. Конверт без адреса и марки. На этот раз сиреневый, но всё с теми же чёрными бабочками. Это у него такой стиль? Где-то я эту бабочку уже видела, вспомнить бы — где.
Вскрываю конверт. Позолоченная бумага не поменялась.
«Милая Регина!
Всем сердцем благодарю тебя, что ты ответила на предыдущее письмо. Очень рад, что ты не питаешь ко мне ненависти, раз всё ещё хочешь поддерживать нашу связь. На этот раз спрошу кратко:
Почему ты не рассказала своей подруге под ником Zая-Zоя о том, что пережила, она бы могла помочь?
Твой Слава».
Откуда он знает про Зою?! Вот жешь!.. Наверняка взломал мои странички везде, где только можно. Что ж он тогда не разослал всем информацию, что я уезжаю? Вот козлина! Как же он бесит!
Достаю ручку и вывожу на открытке, прилагаемой в письме, ответ:
«Не тронь Зою».
Запечатываю открытку в конверт, оставляю в ящике, запираю его. Письма забираю с собой. Кладу в ящик стола туда, к первому. По-хорошему, надо бы уже выкинуть их и сжечь. А лучше отнести в полицию.
Но меня отвлекает новое Зойкино сообщение.
«Кстати, раз уж ты приехала, помоги выбрать: ирисы или лилии?»
«Что?» — не понимаю я.
«Да брат женится, а так как я дизайнер-оформитель, то он решил припахать любимую сестрёнку к этому делу. Сейчас кину фотку зала, какие туда цветы лучше — ирисы или лилии? Или розы, и фиг с ними?»
«Ирисы. Белые Ирисы».
Автор приостановил выкладку новых эпизодов