Я уже вижу приоткрытые двери, что ведут в особняк. До них остается всего ничего. Мое внимание вдруг привлекает блеск фар. Несколько черных внедорожников, которые явно стоят в разы больше, чем тот, на котором мы приехали, въезжают на территорию особняка.
Сразу вспоминаю машину Бармалея. Сердце подпрыгивает к самому горлу.
— Заходите, — торопит нас женщина.
Как только мы оказываемся внутри, она закрывает дверь.
Я ловлю странное чувство дежавю. Работник «Колизея» так же меня подгонял. Правда, разница лишь в том, что на этот раз я здесь добровольно, а не по ошибке.
Глава 10.
Я стараюсь аккуратно лавировать между людьми, чтобы не уронить с подноса бутылку дорогущего французского вина и несколько хрустальных бокалов на тонкой ножке. Думаю, их цена тоже приличная, и если я хотя бы один упущу, то придется брать кредит, чтобы оплатить свою неуклюжесть. Правда, кто же его даст обычной студентке?
В кармане платья, что удобно спрятано под передником, я ощущаю тяжесть телефона. Его выдала женщина, которая нас с Мишей провела в дом. И у меня, и у Миши эти телефоны «чистые».
Пока что я смутно понимаю, как сумею незаметно воспользоваться своим, чтобы сделать фото или запись разговора. От этого непонимания страшно потеют ладони и подгибаются коленки. Но я стараюсь держать спину прямо и быть внимательной.
Где-то среди других официантов и гостей я время от времени замечаю Мишу. Мне страшно стыдно даже просто пересекаться с ним взглядом. Понимаю, что я не обязана отвечать на его чувства, если у меня нет к нему взаимных. Но… Тяжело на добро отвечать…хм… считай злом. Я не так воспитана.
Успокаиваю себя тем, что хотя бы честна с ним, а не подло лгу, глядя в глаза. Это явно уже было бы за гранью.
Вдруг меня рукой тормозит тучный мужчина лет пятидесяти. Молча забирает с подноса бутылку и уходит в сторону небольшой компании своих друзей, которые расположились в эркере в глубоких бархатных креслах.
Публика здесь собралась довольно колоритная. Я всех аккуратно, но внимательно рассматриваю. Почему-то решила, раз уж праздник устроили в таком красиво обустроенном особняке, значит праздновать будут какие-нибудь бизнесмены или политики.
Но, кажется, я ошиблась.
Некоторые из присутствующих выглядят как самые настоящие бандиты, пусть и одеты дорого. У одних я замечаю на лице жуткие глубокие шрамы, оставленные чем-то острым. Другие отзываются только на клички, типа: Ошпаренный, Псих, Рябой. Ну и ведут они себя соответствующе. Много мата и минимум такта.
Я стараюсь не зацикливаться на этом, чтобы сильно не пугаться, иначе точно не справлюсь со своей задачей.
Ухожу обратно на кухню, чтобы взять новую бутылку.
Зачем этим людям нужна такая церемониальность с обслуживающим персоналом, мне не совсем понятно. Они и сами отлично справляются с выпивкой. Впрочем, меня это касаться не должно.
Ставлю на поднос бутылку, судя по этикетке, это виски и быстро меняю бокалы. Предыдущие для вина не подходят для этого напитка. Вряд ли кого-то здесь оскорбит несоответствие бокалов и напитка, но рисковать не хочу.
Мне везет и на несколько секунд я остаюсь на кухне одна. Опускаю ладонь в карман, нащупываю пальцами корпус телефона. Сердце страшно частит. Дыхание сбивается.
Зажимаю зубами нижнюю губы и на носочках пробираюсь к выходу. Отсюда совсем чуть-чуть, но видно гостей. Быстро активизирую смарт. Прикрываю его одной ладонью и делаю один снимок за другим. Времени проверить их качество у меня нет. Бросаю смарт обратно в карман и возвращаюсь к подносу.
Буквально через пару секунд на кухню заходят другие официанты.
Успела. Фух!
Кто-то из гостей отдыхает не только внутри особняка, но и снаружи. На заднем дворе, если так можно назвать огромную территорию с газоном, бассейном, беседками и гамаками.
На гамаках, сейчас, конечно, не полежишь. Да и в бассейне не поплаваешь. А вот у огня на удобных и с виду мягких диванах — идеально.
Меня посылают именно сюда. Рука, в которой держу увесистый поднос, уже начинает немного ныть с непривычки, но я терплю.
Смотрю под ноги, чтобы не споткнуться. Пусть и легкий, но всё же холодный ветер лижет мои ноги. Тонкий капрон почти не спасает. Но и это неудобство я стойко терплю.
Когда мне остается сделать всего лишь с десяток шагов, очередной порыв ветра доносит до меня звуки смутно знакомого мужского голоса. Грубоватого низкого голоса.
Я торможу. Несколько бокалов сталкиваются на подносе друг с другом и тихо звякают.
Не может быть.
Или…
Может?
Один из гостей, сидящий возле уличного камина, замечает меня.
— Эй, сюда неси! Чё стоишь там?!