Сумка оттягивала руку, но я упорно шла, стараясь не оглядываться и не топать, чтобы не привлекать к себе внимание.
И вышла из замка под открытое небо.
Я так долго готовилась к этому, так что мне никто уже не помешает.
- Идемте, госпожа, - почтительно сказал второй верный солдат и услужливо распахнул передо мной дверь.
На улице ее встретили тишина и прохлада.
- Ваше высочество, - стоявший у дверей лакей и конюх поклонились, всем своим видом показывая, что меня уже ждут.
С ними мы прощались на конюшне сразу после того, как мы остались ненадолго предоставлены сами себе.
Меня никто не видел. Я прошла через заднюю дверь и теперь поспешно седлала Снежку, приторачивая к седлу сумку с вещами и деньгами. Коня предстояло отпустить, но не скоро. Я намеревалась проехать на ней до ближайшего городка.
- Спасибо вам за все! - шепнула я.
- Вы же найдете способ сообщить о себе? - спросила леди Мила осторожно. - Хотя бы весточку, чтобы я знала - с тобой все в порядке.
- Не сразу, но сообщу, - пообещала я. - Сама понимаешь, не хочу, чтобы мачеха меня отыскала.
Я махнула рукой Миле, велев ей возвращаться к себе, а сама подхватила юбки, набрала побольше воздуха, для храбрости, и шагнула вперед.
Она кивнула, а я села прямо, крепко держа в пальцах поводья.
- Я передам письмо королеве завтра, - пообещала девушка.
- Надеюсь, тебе не достанется за мой побег! - испугалась я. Наверное, запоздало. Стоило сразу понять, что ее накажут, когда поймут, что она помогла мне сбежать. И вряд ли письмо, в котором я брала всю вину на себя, сильно поможет.
Она улыбнулась и покачала головой. Я же направила лошадь к выезду.
- Прощайте, - проговорила, бросив последний взгляд на верных слуг.
- Прощайте, госпожа. Удачи вам.
Меня провожали настороженные взгляды. А у меня сердце было не на месте. Никак не могла осознать то, что произошло.
И обернувшись, заметила, как блестят их глаза, и сама была готова расплакаться в этот миг. Затем ударила пятками в покатые бока скакуна и вырвалась на волю, чувствуя, как свежий ветер свободы ударил в лицо.
Мне не верилось, что я решилась на побег. Хоть бы не поймали. Но эта мысль была тут же отброшена прочь.
Нет, никогда! Лучше она умрет, пытаясь добраться до академии, чем вернется туда, где ее растоптали.
Родной замок давно скрылся за холмом, но страх гнал вперед.
Сонливость начала накатывать уже ближе к утру, когда небо посветлело достаточно, чтобы чётко различать деревья по сторонам дороги.
Поэтому я просто ехала по лесной дороге, глупо улыбалась, вдыхала свежий воздух, и пялилась на вязь крон над головой, сквозь которую просвечивали солнечные лучи. Хорошо… Птички поют, ветра почти нет, пахнет нагретой листвой, и какими-то цветочными ароматами, в общем,благодать. Надеюсь, тут разбойников не водится.
Утро принцесса Кристелла встретила посреди леса. Почти всю ночь она ехала, ориентируясь по звездам, но ближе к рассвету ее тело, непривычное к долгим прогулкам, начало понемногу отказывать. Горели все мышцы, ломило каждую косточку, каждый нерв. Да и бессонная ночь не прошла даром. У девушки ныл желудок и гудела голова, а перед глазами стоял зыбкий туман.
Пришлось сделать привал у реки.
Никогда раньше не приходилось весь день проводить в седле. Я любила конные прогулки, но не до такой степени, как оказалось. После целого дня в пути, едва сползла с лошади, едва не упала, у меня болело все: и ноги, и спина, и даже шея.
Я никогда не была так далеко от дома сама. И, кто знает, когда смогу увидеть дом снова.
Я села, почти упала на землю, там где стояла. Закрыла руками лицо.
Не выдержала, всхлипнула.
Не думать об этом. Не думать. Ей нужно позаботиться о себе.
Кристелла попыталась представить карту местности. Еще немного осталось.
Здесь, в незнакомом месте, вдали от всего привычного и родного, да еще в окружении леса, она едва ли не впервые в жизни почувствовала себя беззащитной и уязвимой. Но именно ощущение собственного бессилия и невозможности изменить ситуацию, ее разозлили.
Не удержавшись, я скинула пропылившуюся одежду и погрузилась в воду, ласково принявшую меня. Оттолкнувшись от песчаного дна, поплыла, мерно перебирая руками и ногами. Перевернувшись на спину, закрыла глаза и замерла - обнаженное тело ласкали пузырьки воды. Меня переполняло счастье.
Вымывшись, я выкрутила волосы и, обтершись, натянула чистое платье. Наскоро постирав грязные вещи и рубаху, еще раз ополоснула лицо. Собрав вещи, я подхватила башмаки и пошла назад босиком, время от времени рассеянно улыбаясь. Кажется, головная боль отступила.