— Думаешь, тут есть о чём договариваться? — спросил Каллен, убирая клинок в ножны.
— Это куда мягче, чем тот путь, что могла избрать Имоджен.
— Ей нужно время, — Каллен подошёл к столу, чтобы рассмотреть письмо. — Она захочет заручиться поддержкой народа, учитывая наследие, что ей досталось. Стража Осрика была хорошо обучена и вооружена, но основная армия Дома Иллюзий давно в упадке. Осрик слишком расслабился в уверенности в собственной всемогущей власти.
Друстан, Гектор и Гвенейра вновь заняли свои места, и я села тоже, возвращая Кайдо на шею. Сердце ещё грохотало после неожиданного визита.
— Как он узнал, где нас искать? — спросила я.
Гвенейра нахмурилась и провела пальцами по металлической птичке на своём поясе:
— Вероятно, они наблюдают за нашими домами. Нам придётся быть осторожнее. Нужно выставить патрули.
— А по мне, — Гектор ударил кулаком по столу, — нужно забыть об этом приглашении и ударить, пока они не готовы.
— Мы и сами не готовы, — возразил Каллен. — Поодиночке, может, и да. Но гражданская война не выигрывается силой одной армии или исходом одного сражения.
Гектор скривился:
— Ненавижу, когда ты бываешь разумным.
— Значит, ты ненавидишь меня всё время.
Гектор издал звук, наполовину смешок, наполовину ворчание.
Друстан мрачно уставился на свёрнутое письмо с переливающимися чернилами.
— Она уже разослала приглашения. Если мы нападём, потеряем поддержку народа. Никто и никогда не нарушал Аккорд.
— Кто такая Имоджен? — спросила я. — Какая она?
— Дальняя кузина Осрика. Если бы ты спросила меня вчера, я бы назвал её пустой гедонисткой, целиком погружённой в собственные удовольствия.
— Осрик думал так же, — заметил Каллен. На его лбу пролегла задумчивая складка. — Потому и позволил ей жить, хоть и ходят слухи, что у неё немалая магия. Ей будто бы не было дела ни до чего, кроме вина и пиршеств.
Это напоминало, насколько близок Каллен был к королю. Он был не просто мечом Осрика — в каком-то смысле и его доверенным.
— Она выбрала стратегию выживания, — сказала Гвенейра. — И сумела стать популярной в доме, что было нелегко под взглядом Осрика, вечно настороженного к любым попыткам бросить ему вызов. Думаю, она давно готовилась к этому шагу.
На костяшках пальцев Друстана бегал крошечный язычок пламени.
— Тридцать дней, — процедил он. — Пока она будет пытаться заставить Мистей пасть к её ногам.
— Аккорд начинается только завтра вечером, — заметил Гектор. — Формально мы не нарушим его, если ударим по Дому Иллюзий до этого.
Друстан покачал головой:
— Народ не примет этот аргумент. Я не начну своё правление с того, что плюну на древнюю традицию.
— Твоё правление, — презрительно повторил Гектор.
Они снова начали спорить, но я не слушала. Я отошла к камину и уставилась на холодный пепел.
— Месяц, — прошептала я. Это значило ещё время для Имоджен, Торина и Ровены, чтобы собрать сторонников и подготовить войска. За эти недели они станут только опаснее. Но и у нас появится время.
И у меня появится время.
— Кенна, — Друстан повысил голос, перекрывая очередное возражение Гектора. — Вернёмся к нашему разговору…
— Нет, — резко оборвала я, разворачиваясь к нему. — Если хочешь заполучить мою поддержку — ты знаешь, что делать. Я жду, когда прочту твои планы. — Я метнула строгий взгляд и на Гектора. — И твои тоже.
Глаза Гектора сузились.
— Я с нетерпением жду возможности убедить тебя, принцесса Кенна.
Мышцы на челюсти Друстана напряглись, потом он коротко кивнул:
— Как и я.
Глава 5
Я вихрем неслась к Дому Земли, юбка вздымалась за мной, будто знамя, хлестающее на ветру.
Остаток совета прошёл так же скверно, как и его начало. Мы кое-как договорились выставить чередующиеся патрули вокруг территорий Домов Огня, Пустоты и Крови, но о деталях никто не мог сойтись. Друстан настаивал, чтобы за дозоры отвечали только воины Огня — он был уверен в их преданности делу. Подразумевая при этом, что солдаты Пустоты ненадёжны. Гектор обвинил его в том, что он хочет заслать шпионов на их земли, на что Друстан холодно заметил, что Дом Пустоты уж точно знает о шпионах больше других. В итоге сошлись на смешанных патрулях, но путь к этому решению был полон яда.
Гвенейра почти не могла выделить людей для дозоров — в Доме Света всё слишком шатко. Я же была ещё менее полезна. Слушать, как остальные строят планы и спорят, было мучительно: я всё яснее ощущала, что у меня есть только одна роль.