Асраи из Дома Света стояла почти впереди. Её глаза сияли, словно солнце, руки сплетены на груди. Сквозь этот ослепительный свет трудно было что-то разобрать, но мне показалось, что она плачет.
Меня пробрало. Доверять Низшим из Света и Иллюзий будет тяжело. Они пришли искать приют, но кто даст гарантию, что они не шпионы? И всё же, если не рискнуть, Дом никогда не вырастет.
Я могла хотя бы проявить осторожность.
— Я хочу поговорить с каждым из вас, — сказала я. — Чтобы понять, почему вы хотите вступить в дом и чем готовы заниматься здесь. Станьте, пожалуйста, в очередь.
Они послушались, хотя многие выглядели готовыми сбежать.
Дай мне знать, если кто-то чужой приблизится, — мысленно приказала я Осколку Крови. Он загудел в ответ. Я поручила Мод и Триане управлять очередью, а сама с Ларой уселась в маленькой комнате неподалёку и начала собеседования.
С людьми было просто. Я не собиралась выспрашивать причины. Имя, родина, хотят ли они покинуть Мистей, когда я смогу устроить вывоз. Почти все отвечали «да», хотя кое-кто повторял опасения Мод — что в родных деревнях их не примут. Я заверила, что они не будут обязаны работать слугами и смогут отдыхать, пока мы не решим, что делать дальше.
Закончив с людьми, я мысленно связала их с домом — и перешла к Низшим.
Первыми вошли дриада и брауни из Дома Земли. Они пришли, чтобы следовать за Ларой. Дриада, Надин, когда-то училась у Элоди и предложила свои услуги в качестве старшей служанки.
Мы с Ларой отослали их, чтобы обсудить между собой и задать пример остальным. Но обсуждать оказалось нечего. Мы знали их и понимали, что нам крайне нужен управляющий, чтобы справляться с растущим домом. Я закрыла глаза и призвала Осколок Крови, даруя им защиту.
Следующие двое, из Дома Иллюзий, попросились пройти вместе. Сильф в пурпурной рубахе, разрезанной на спине, чтобы выпустить длинные тонкие крылья. Только крылья торчали неловко — не вниз, а под странным углом. На плече у него сидела миниатюрная пикси — с сиреневыми волосами и фиолетово-голубыми, словно у бабочки, крыльями.
— Принцесса Кенна, — сказал сильф, кланяясь, как перед королевой. Пикси слетела с плеча, возмущённо посмотрела на него, а потом сделала свой крошечный поклон прямо в воздухе. — Я Джори, а это Маэла. Мы пришли просить убежища.
— Почему? — спросила я.
— Даже без короля я не вынесу оставаться там, — Джори передёрнул плечами и обнял себя руками. — Пожалуйста, позволь мне остаться, принцесса.
Я колебалась. Про фейри, ушедших из Дома Земли, я знала, через что им пришлось пройти. Но Дом Иллюзий был другим.
— Покажи ей, — сказала Маэла. Голос у неё был лёгкий, звонкий, едва слышный — я наклонилась, чтобы уловить.
Джори вздохнул, повернулся ко мне спиной и дёрнул крыльями. Но вместо того, чтобы расправиться и поднять его в воздух, они дёрнулись и застыли наполовину. Сквозь разрез в рубахе я увидела, как они срастаются с его бледной кожей. Основания крыльев были покрыты грубыми рубцами.
— Король их наполовину отрезал, — сказал сильф с горечью. — Из-за того, что я уронил тарелку, проходя мимо него. Теперь я никогда не смогу летать.
Я зажала рот рукой.
— Мне так жаль.
— Мне всё равно, станет ли принцесса Имоджен лучше него или нет, — продолжил Джори, оборачиваясь. — Она его кровь. Я не останусь там.
Я перевела взгляд на Маэлу.
— А ты?
Она протянула руку, и я увидела, что её крошечной ладони нет — лишь забинтованный обрубок.
— Я украла молоко для младенца, который не мог сосать. В Доме Иллюзий слабых оставляют умирать. За это меня наказали.
У меня отвисла челюсть.
— Они отрезали тебе руку за то, что ты накормила младенца?
Маэла кивнула, её сердцевидное личико исказилось яростью.
— В тот день, когда ты убила короля. Они ещё не успели вышвырнуть меня из дома, но скоро это сделают.
Она могла бы уйти в колонию изгнанников. Но пришла сюда.
Мы отправили их наружу, и я обсудила с Ларой. К моему удивлению, она сразу была за.
— Они из Дома Иллюзий, но слуги — это другое. У них почти нет магии. И ты видела её руку. Дом Иллюзий её не удержит, как ни крути. Почему бы не позволить им служить здесь?
Я согласилась. Так и было решено.
Оба Низших фейри были шокированы, когда я сказала им что они приняты.
— Всё правда, — прошептала пикси, глядя на меня с благоговейным ужасом. — То, что все говорят о тебе, — это и вправду правда.