Вокруг было тихо и пустынно. Ничто не тревожило вездесущую пыль или прах, которые покрывали здесь абсолютно все.
Айдан склонился к моему уху и еле слышно прошептал:
— Когда мы спустимся, будь наготове, если что-то пойдет не так, то используй свой дар.
Накануне мы обсудили этот момент. Сейчас мы постараемся максимально незаметно обследовать туннель, вызнать все, что сможем, но если дело запахнет жаренным, то я должна буду использовать дар, чтобы отогнать Марь. Этого, конечно, не хотелось бы, потому что такой жест просто проорет Мари, что мы тут хозяйничаем у нее в кладовой. Сомневаюсь, что и тогда она ничего не сделает. Ведь стоит ей натравить на нас много измененных, и все, мы умрем от голода, если не сможем выходить.
Я кивнула на слова Айдана, а про себя понадеялась, что все обойдется.
Когда по ощущениям пролетели два часа, никто не показался ни из норы, ни возле нее, мы выдвинулись. Первым к провалу приблизился Кунар. Заглянул и сделал жест подождать.
Орк присел у самого края, ухватился за противоположные стороны и заглянул вниз. Я уже знала, что орки видят чуть лучше в темноте, чем люди. Кунар вглядывался в темноту провала, а после кивнул, передвинулся и начал осторожно спускаться по ветвям.
Вот этот момент меня тоже беспокоил. Эти ветви буквально выталкивали из себя измененных и запихивали их обратно, то есть выглядели, как живые, но только если рядом измененный, на нас не реагировали, на всякие пинки, попытки отрубить кусок и прочие раздражители — тоже. И все же, мне было не по себе от того, что нам придется спускаться по ним.
Однако не смотря на мои мысли Кунар довольно быстро исчез из поля зрения, и настала моя очередь.
Айдан помог мне спустить ноги и придержал, пока я искала опору для рук и ног. Ощущения были так себе, хотя я же трогала не раз эти ветви оплетающие тела измененных, но все равно неприятно. Будто одновременно и дерево, и резина, и пластик, гладкий и в тоже время шероховатый, но не приятно бархатистый, а наоборот, так и хочется отдернуть руку. Подавляя внутреннюю дрожь, спускалась ниже пока по ноге не хлопнул Кунар. Подняла голову, не так и глубоко, метра четыре, если измерять привычными мне единицами. Сверху показался Айдан.
Спустя пару минут мы все оказались внизу. Огляделись.
Здесь не то чтобы было темно, разглядеть друг друга можно, но едва-едва. Айдан полез в сумку за зачарованной банкой, как все стены разом вспыхнули и тут же погасли. Вспышка была неяркой, но заметной, осветив на миг пространство вокруг.
Мы замерли, настороженно прислушиваясь и присматриваясь. Через несколько минут вспышка повторилась и опять все затихло.
Вскоре стало понятно, что эти вспышки постоянные через равное количество времени. Это очень напоминало пульс. Да и сам тоннель был похож на внутренности чего-то живого: стены, сплетенные из толстых и тонких ветвей-жгутов, пульсация, казалось что вот-вот по этим странным стенам пробежит судорога и они сожмуться или произойдет еще что-то. Ну и гадость!
Постепенно глаза привыкли к тусклому вспыхивающему свету, и мы двинулись вперед. Округлый коридор не имел ни поворотов, ни ответвлений кроме тупика с дырой. Выглянув из-за угла, мы никого не заметили и стали продвигаться вперед, инстинктивно прижимаясь к стенам. Но никого не было, более того, казалось, что у этого коридора нет конца и нет ни одной комнаты или ответвления.
Не знаю, сколько прошло времени, пока мы шли. Постоянный мерцающий свет рассеивал зрение, и когда в правой стене вдруг образовался проход, я едва не шагнула дальше, но меня задержал Кунар, удержав за плечо. Айдан, а следом и мы вжался в стену. Я задержала дыхания, лихорадочно бегая глазами по ребристым стенам тоннеля. Что делать? Где спрятаться?
Послышался шорох и из проема вылез измененный. Он развернулся в том же направлении, куда шли мы, сделал несколько шагов и в противоположной стене тоже возник проход. Ветви или шланги просто расползлись в стороны, открывая овальный проход. Измененный шагнул в него.
Айдан резко махнул рукой и нырнул в незакрытый правый проход. Я и Кунар скользнули следом.