– Мне двадцать четыре. Не смотри так, да, я, вообще, старше всех. Если бы не отец, то никогда бы не приехал сюда. Я же упоминал, что предпочитаю нечто другое, чем этот идиотский мир элиты. Вот этим я и занимался, пока у него терпение не лопнуло, – стараясь придерживаться легенды, отвечаю.
– Татуировками? – Флор указывает взглядом на рисунок, выглядывающий из-под рубашки.
– Можно сказать и так. Мне нравится делать то, что я хочу. Быть не ограниченным рамками и свободным в своих мечтах. К тому же…
Неожиданно девушка останавливается и резко бледнеет.
– Флор, ты в порядке? – Хмуро спрашиваю её.
– Боже, видимо, моё унижение ещё не закончено, – она показывает головой вперёд, и я поворачиваюсь туда.
Центральный большой фонтан, вокруг которого уже собралась приличная толпа, оформлен в виде двух дельфинов, как было раньше, изо рта которых брызгала вода, теперь представляет собой отвратительное и пошлое зрелище. Как я понимаю, одежда Флор надета на одного из дельфинов, как и прикрепили её фотографию с приоткрытым ртом, в который бьёт струя из паха незнакомого мне парня. Там и его фотография, как и одежда. Не форма, а обычные джинсы и рубашка. И всё это настолько безобразно, что у меня перед глазами возникает алая пелена. Улюлюканья, смех, на нас указывают пальцами. Мы с Флор оказываемся в центре внимания, и я нахожу взглядом того же парня с фотографии, показывающего теперь, как мочится на землю. А рядом с ним Оливер и его компания. Где эта сука? Где эта дрянь Мира? Я не вижу её, но вот Саммер и ещё одну блондинку, в окружении других замечаю. Они хохочут, тыкая в нас пальцами.
– Ну, стерва, – шиплю я, бросая взгляд на покрасневшие от обиды и унижения глаза Флор.
– Смешно вам? – Громко произношу я, заслоняя собой девушку.
– Так каждый из вас окажется на её месте, ведь вы ничто! Уроды, считающие, что имеете право ржать, как безродные твари над менее защищёнными. Вам нравятся слёзы? Так вы умоетесь ими в следующий раз, когда и до вас дойдёт очередь! А она дойдёт до всех вас! Пресмыкающиеся говноеды! Они кормят вас дерьмом, а вы и рады! Купили бы на свои деньги достоинство, но у вас не хватит ума с ним жить! – Мой голос проносится по всему пространству так грозно, что все затихают.
– Кажется, он нарывается, Оли, – издаёт смешок один из качков.
Метко перевожу взгляд на главного мудака и сжимаю кулаки.
– Не надо, Раф, пожалуйста… не надо, – всхлипывая, Флор хватает меня за руку.
– Он нашёл себе шлюху на ночь, пусть развлекается, пока может. Разглагольствует здесь о добродетели, когда сам прилюдно назвал это страшилище подстилкой. Вдуй ей как следует, придурок, она с удовольствием тебя отблагодарит, – Оливер делает движение рукой и языком, напоминающий минет. Рычу, дёргаясь в его сторону, но Флор крепче сжимает мою руку, шёпотом умоляя меня не делать этого.
Наверное, не будь здесь этой девочки, я бы сорвался. Набросился бы на этих придурков, продолжающих безобразную тему, и отмудохал бы их как следует. Ничего. Мы ещё встретимся. Один на один. И тогда я на нём живого места не оставлю.
– Пойдём, – указываю Флор на дорожку.
– Там моя сумочка, мне надо забрать её. Карточка, телефон и… ключи.
Она замолкает, бросаю на землю сумку, и под гогот ребят и хихиканье остальных, я гордо прохожу к фонтану и забираюсь в прохладную воду. Меня обдаёт струёй, отчего смех становится снова оглушающим.
Держись, Эль. Держись. Должен. Ради мамы.
Срываю с дельфина одежду Флор и её сумочку и под продолжающееся веселье возвращаюсь к девушке, передавая ей вещи.
– Понравилась моча, малыш? А, может быть, ты того? Заднеприводной? – Летит в спину от Оливера. Мудак, блять.
– Пойдём, – обхватываю Флор за талию, поднимая свою сумку. Мы направляемся мимо этих мерзких людей, когда проходим мимо девочек из сестринства, они тоже не могут удержать язык за зубами и оскорбляют Флор.
– На себя бы посмотрели, дуры, – шиплю я, презрительно смерив их взглядом, останавливаясь на Саммер. Она одними губами говорит: «Прости».
Да срал я на твои извинения, сука.
Но вот что странно, главной зачинщицы всего этого нет. Я так и не нашёл её среди студентов. Где её носит? Я уверен, что всё это было сделано по её приказу. Ещё не вечер, всё равно мы увидимся, и тогда я оторвусь хотя бы на ней.
– Почему они выбрали тебя? – Сухо спрашиваю Флор, вытирающую слёзы.
– В сестринство захотела, я уже говорила, – тихо отвечает она.