– Мира, – стучусь я, но ответа нет.
Нажимаю на ручку, и дверь поддаётся. Оказываюсь в белоснежной спальне, где витает аромат её духов.
Что за ерунда? Когда я уходил утром, в моей комнате были погром и жуткая вонь. Сейчас же даже вещи развешаны по местам. Ладно, плевать.
Флор очень ранимая, и я должен поскорее переодеться. Бросаю грязную и мокрую форму на пол, выбирая чёрную футболку и такого же цвета джинсы. Весь мой гардероб был составлен личным консультантом по стилю, я получил уроки даже по этой ерунде. Чтобы соответствовать здешней молодёжи, для меня выбрали самые последние новинки, но я предпочитаю до сих пор оставаться незамеченным. Чёрные и серые цвета в этом помогают. Привычка. Комфорт. Так я чувствую себя защищённым и хотя бы немного самим собой.
Набрасывая чёрную мантию на плечи, распихиваю по карманам джинсов карточку и телефон. Благо ключи здесь не нужны, дом всегда открыт для входа и выхода, как и комнаты. Замки помогли бы многим избежать гнева эгоистичных куриц. Хотя у главной стервы спальня запирается, а другие, конечно же, лишены привилегий.
Хмыкая от своих мыслей, выхожу из апартаментов и встречаюсь с ожидающей меня Саммер.
– Раф… – она делает попытку взять меня за руку, но я, смерив её пренебрежительным взглядом, дёргаюсь назад.
– Я думал, ты другая. Жаль, что я ошибся в тебе, ты ничем не отличаешься от этих идиоток, – с отвращением кривлюсь, отчего девушка обиженно поджимает губы.
– Ты считаешь, мы всё это делаем по собственной воле? – Возмущённо шепчет она, поглядывая вниз, видимо, опасаясь, что нас могут заметить.
– Мне это неинтересно, – фыркаю я, делая шаг в сторону лестницы.
– Это приказ Миры. Мы не имеем права не последовать ему. Она главная, и мы подчиняемся ей. У нас нет своего мнения, и так всегда было заведено. Если бы я помогла тебе или этой девочке, то меня бы выгнали. Моя сестра уже узнала, на что способна Мира, и я не хочу быть на её месте. Раф, прости, но я боюсь её, – быстрый и жаркий шёпот оказывается прямо на моём затылке, а рука Саммер ложится на мою спину. Удивила. Я уже понял, откуда ноги растут. Но вот многого не знал.
– Сестра? – Оборачиваясь, интересуюсь я.
– Да, – кивает девушка. – В прошлом году она была главой сестринства, оканчивала четвёртый курс, но нечаянно её видеоролик с тем, как она пропускает дорожки, попал к администрации. Она никогда не делала этого, никогда. Беата была хорошим человеком, в меру стервозной, какой обязана быть главная. А потом якобы порезала себе вены, но она никогда бы этого не сделала. Сестра кричала, что это всё Мира, она её заставила, а затем просто замолчала. Я думаю, что Мира ей пригрозила моей жизнью. Сейчас Беата проходит лечение в наркологической клинике, родители до сих пор в шоке. К сожалению, мы все здесь связаны. Одно неверное решение – и мы пойдём под суд сестёр. А он всегда очень жесток, поэтому каждая из нас глотку рвёт за место.
– Я сочувствую твоей сестре, но это не даёт вам права изводить других. Я не собираюсь даже разбираться в ваших тёрках, они меня не волнуют. А вот то, как чувствуют себя другие, после встречи с вами, меня заботит больше. Вы сами создали этот мир с жестокими и бесчеловечными законами, основанными на деньгах. Если лишить вас их, то вот тогда вы поймёте, каково это – быть изгоем и терпеть унижения. Я всё сказал тебе, Саммер. Фея, увы, оказалась фальшивой и лживой, – едко шиплю я. Мои слова метко попадают в цель, и в глазах девушки собираются слёзы.
Я в курсе всего, что за всем стоит Мира, мне не требуется подтверждение этого от кого-то другого. Но они сами виноваты в том, что им приходится играть эти ужасные роли, потому что желают власти. Каждая из них тоже метит на место Миры, но я уверен, что она без боя им его не отдаст. Нет, я не собираюсь никому из них помогать. Буду разрушать этот ад изнутри. Пусть хоть перегрызут друг друга, ничего не сделаю, чтобы спасти кого-то. Они заслужили не менее ядовитый ответ от тех, кого заставили чувствовать себя отбросами общества.
Замечаю Флор, переодевшуюся в лёгкое платье синего цвета и белый кардиган. Её волосы уложены волнами, а на ногах туфли на высоких шпильках. Чёрт, по ходу она, действительно, посчитала это свиданием. Девушка нанесла макияж и очень нервничает, когда я подхожу к ней.
– Давно ждёшь? – Интересуюсь я.
– Нет, только вышла. Всё хорошо?
– Да, прекрасно. Голоден жутко, даже позавтракать не успел.
– У нас есть столовая внизу, как и в ученическом корпусе. А у вас в доме не готовят? – Спрашивает она, пока мы не спеша направляемся к кафе.