И удар достиг цели: красавчику буквально снесло кожу с костей вместе с мясом!
— М-да, — сказала Рагна. — А ты боялся, что алхимическая плоть будет выглядеть ненатурально. Как видишь, очень натурально она выглядит.
Атака Миры, при всей ее сокрушительности, почти не повредила Фириону. Он остался стоять как стоял — только уже без одежды и почти без кожи. А там, где должна была быть мясо и плоть, поблескивали металлические пластины, переливались разноцветные провода, сияли магические кристаллы.
Магический киборг?
Тут я вспомнил слова Рагны о том, что старые артефакторы заменяют части своих тел магическими устройствами. Это сколько ж ему лет, что он так прокачался? Никак не меньше пятисот, надо думать!
Стоп, а можно ли его вообще убить? Да нет, наверняка можно: как минимум, кости, мозг и часть внутренних органов должны оставаться в неприкосновенности, иначе тело не будет «считаться» живым по божественным правилам игры, и душа отлетит.
— И вот на это я польстилась⁈ — Мириэль с чувством сплюнула. — Ха! Я-то думала, ты меня специально мучаешь, а у тебя, оказывается, уже не осталось, чем женщину порадовать! Идиот дряхлый.
Похоже, это простенькое оскорбление задело за живое уже Фириона — он, не говоря ни слова (а мог ли? языка-то тоже не осталось!) — бросился на Миру. На его предплечьях блеснули клинки, из кончиков пальцев выщелкнулись острые когти. Вот теперь это выглядело реально страшно!
Мира, однако, успела выхватить саблю и стилет — и встретила Фириона одновременно двумя клинками. Два силуэта, один тяжелый и блестящий металлом, другой легкий и темный, закружились по освященному вечернем солнцем участку поляны между лесом и некромантским барьером.
Меня посетило легкое чувство дежа-вю: как и в случае с эльфийской бабушкой, я наблюдал схватку двух бойцов настолько высокого класса, что даже ускоренной реакции и улучшенного драконьего зрения не хватало, чтобы разобрать, что именно между ними происходит! Одно стало ясно очень быстро: Фирион двигался медленнее Лидиэль, однако против него Мира не могла колдовать — я видел, что она попыталась несколько раз, но всякий раз встроенные в его тело артефакты гасили выброс магии. Я вспомнил слова Лидиэль о том, что, мол, магическое Ядро Мириэль не считалось таким уж серьезным бонусом среди эльфов — так, небольшое подспорье. Теперь я понял, почему. Мощные, эксклюзивные артефакты почти нивелировали ее дар! Первый раз ей удалось атаковать так успешно, потому что Фирион сам раскрылся, пытаясь подчинить мою жену себе.
Взрытая земля, тяжелое дыхание Миры, от которого я сам бессознательно начинал дышать быстрее, боль в глазах от попыток разглядеть, что происходит; взмахи рук и ног, попытки обхода, парирование, блоки, атаки — все это словно слилось в один напряженный поток, в танец теней и бликов, из которых не вычленить отдельных элементов.
— Ну дают, красавцы… — пробормотал кто-то из матросов.
— Эльфы, мать вашу, — выругался в ответ то ли другой матрос, то ли стражник.
То, что у Фириона не было эльфийских ушей, он, видно, не рассмотрел.
И вдруг мне показалось, что Фирион побеждает! Мириэль как будто открылась, он ударил ее в живот локтем с растущим из него металлическим лезвием… Нет, попытался ударить! Моя жена оказалась чуть левее, чем он рассчитывал, лихо извернулась — и вонзила оба клинка в своего противника! Стилет вошел ему под дых, сабля рубанула по горлу. Я мог бы поклясться, что такое движение невозможно — но у Мириэль как-то получилось! Впрочем, может быть, она делала это не одновременно, а последовательно — просто из-за невероятной скорости у меня осталось впечатление, что все произошло разом?
Старший инквизитор Кэзир Фирион рухнул — и остался лежать.
Мириэль, тяжело дыша, хищно улыбнулась, сдула с лица черную прядь, выбившуюся из гладкого пучка на затылке.
— Ну вот, — сказала она. — Кто теперь самонадеянный?
— Безусловно, он, — сказал незнакомый веселый голос.
Я оглянулся.
На опушке леса стоял еще один синдикатовец — еще один киборг, блин! Или не киборг… В отличие от Фириона, этот тип выглядел как человек в стимпанк-доспехах. Он сильно уступал ростом покойному инквизитору, да и особой шириной плеч похвастаться не мог. Довольно компактный тип, хотя карликом тоже не назовешь. Без доспехов, наверное, сухощавый и худощавый, как Антонио Вилья.
— Мира, под барьер, быстро! — резко, властно и очень громко приказала Рагна. Так, что я аж дернулся, хотя сам-то находился под барьером — и дернулось еще несколько человек на поляне.