Его глаза и лицо горели таким отчаянным любопытством, что и более жестокосердный человек, чем я, не мог бы отказать!
В общем, я просветил принца Бэзила, насколько смог, потом отвел его к Мириэль, чтобы она в подробностях рассказала ему про то, как перехватывала первый отряд, посланный, чтобы поджечь наш гостевой особняк, и как потом снимала на крышах стрелков с «базуками». Плюс он еще захотел увидеть новорожденную Рагну, вежливо добавив: «Если это возможно, конечно же, и если я никого не потревожу!»
Ошеломленная Ильза и ее еще более ошеломленная свекровь, естественно, не отказали целому наследному принцу. Тем более, что Рагна бодрствовала, бодро махала маленькими красными ручками в люльке и кривила ротик в странных движениях, высовывая язычок и показывая голые десна.
— Баронесса Ильмор, я вам очень обязан за то, что вы защитили мою сестру и племянника! — произнес принц Бэзил самым официальным тоном, глядя на маленькую розовенькую девочку.
В ответ Рагна пустила пузырь. Может, она и слышала его слова, и может, даже поняла — но вряд ли могла даже повернуть голову в ответ! Что там, ей и движения рук и губ вряд ли особо подчинялись.
— Я ей передам, когда в следующий раз увижу во сне, — пообещал я. — Она же сама наверняка ответила бы вам, что благодарностей не стоит, потому что она просто выполняла свой долг в отношении близких и тех, кто попал под ее защиту.
— Мишель, я хочу сказать, граф Аню, говорит, что когда человек просто выполняет свой долг, нужно быть ему еще более благодарным, чем если он делает что-то просто так, — серьезно проговорил принц Бэзил. — Потому что очень мало людей в принципе принимают долг достаточно серьезно и способны ответственно его выполнять! Всякий раз, когда встречаешь такого, будто то мужчина, женщина или ребенок, надо особенно его ценить и приближать к себе.
— Это так, — кивнул я. — Граф Аню — исключительно мудрый человек!
«Но все равно идиот», — добавил я мысленно.
Мишеля все не было — накрепко он там застрял со своими женщинами! Так что мы с Бэзилом, Колином и Мирой успели немного обсудить последующие действия без него. Точнее, Колин и Бэзил рассказали нам, что Мишель планирует делать.
— Если «Ива» так осмелела, что аж впрямую нападает на принца и принцессу, значит, они тут уже очень крепко окопались, — возбужденно говорил Бэзил. — И Мишель считает, что они где-то в направлении Даринского хребта! Надо найти их базу и разбить ее как можно скорее! Потому что, возможно, они готовят государственный переворот — иначе зачем вообще нас убивать? Возможно, стакнулись с моим двоюродным дедушкой Роем и планируют посадить на престол его самого или дядю Эйбрама!
— У нас не так уж много сил, — заметила Мириэль. — Да, есть я, есть Колин. Теперь есть еще Ночка. Мы втроем — ударный кулак, хотя нашу с Колином силу могут обрубить артефакты. Мишель с его магией Света может помочь против некромантов, если лич был не один. Ну и благословит всех Светом, тоже немаловажное подспорье — хотя против маготеха «Ивовой ветви» этого будет недостаточно! Андрей тоже кое-что может, но именно как боевика его использовать расточительно. И главное: нет Рагны, то есть поднимать покойников мы больше не можем. При этом обычных бойцов у нас не то чтобы много. А там наверняка будет массовка, может быть, даже те же орки-наемники, которых поставили именно на охрану основной базы. При наличии артефактов нам нужно больше войск «на земле».
— Леу привезет наших орков, — сказал я. — Не всех, всех пятьдесят мужчин из рода Раввикилей даже она на такое расстояние не увезет. Но где-то десять-пятнадцать добровольцев, которые захотят хорошо заработать — да. Может, даже двадцать, но ей тогда придется здесь хорошенько поохотиться, прежде чем лететь назад.
Бэзил просиял.
— Как здорово! Барон Ильмор, вы такой молодец, что до этого додумались!
— Мира подсказала, — улыбнулся я. — Сказала, что как бы ни развивались события, лишними они не будут!
— Баронесса, вы настоящая находка! — воскликнул Бэзил.
— Строго говоря, я не баронесса, — с усмешкой покачала головой Мириэль. — Единственная из всех жен Андрея!
— Как так⁈
— Я обычно не поправляю, если ко мне так обращаются, но юридически я, вообще-то, мыслящий артефакт. Это значит, что никакого титула у меня быть не может, я вообще не разумное существо по законам этого мира. И Андрею не жена, а движимое имущество.