Иногда звон становился совсем нестерпимым и в глазах было совсем темно, тогда я опускалась на колени и пережидала бурю. Затем поднимала свое невероятно тяжёлое тело и шла дальше. До выхода оставалось совсем чуть-чуть, когда меня накрыла последняя волна и сознание погасло.
Глава 7
Было упоительно тепло, спокойно, а ещё пахло хвоей и морем. Никогда не была на море, но была уверена, что, если ёлочку положить на морской берег, то запах будет схожий. Уткнувшись носом в источник вожделенного запаха, я окончательно расслабилась, когда что-то стукнуло меня по лбу, вырывая из нирваны. Ахнув, я открыла глаза, и первым, что я увидела, оказалась старая бабуля сказочного типа. Маленькая, очень морщинистая, с тонкими губами и большим носом, выглядела она комично с перекошенным от недовольства лицом, если бы не палка, которая зависла в опасно близком расстоянии от моего лица.
– За что? – прокаркала я, не узнав собственный голос. Слова давались с трудом и больно царапали горло.
– За глупость твою, за безалаберность! – неожиданно низким и глубоким голосом проговорила старушка.
Обмакнув два пальца в невесть откуда взявшуюся чашку, она начала что-то вырисовывать на моем лице. Стоило мне дернутся, пытаясь отстраниться от не слишком приятных ощущений, как Яргар, на руках у которого я, как оказалось, полулежала, применил свою мёртвую хватку, сильно бережно сжав меня в руках.
– Что со мной? – решилась спросить я.
– То и произошло, неразумная, что ты в холодную воду залезла и переохладилась. Ты зачем это сделала? – прищурилась она, заглядывая мне в глаза.
– Помыться хотела, – растерянно прокаркала я.
– Вот же бестолковая, – хмыкнула она. – Я надеялась, что ты приспособишься, но, видимо, нет… У меня для тебя сюрприз, распорядись им верно и используй на благо.
– Что значит, вы думали? Вы знали, что я попаду сюда? Вы замешаны в заговоре? Что все это значит? – сыпала я вопросами, не обращая внимания на то, что она снова потянулась за палкой.
– Молчи, неразумная, – хмыкнула она и снова основательно приложила меня по лбу.
– Ай, за что опять?! – прошипела я, потирая ушибленный лоб.
– Не бей её больше, или пожалеешь. – Раздался глубокий бархатный баритон, из-за которого мурашки побежали по моей спине.
Дернувшись, я обернулась и посмотрела в синие нечеловеческие глаза. Мысли метались в голове, мог ли он это сказать? Или это был не он? Может, галлюцинации?
– Неблагодарный, я дала ей возможность понимать тебя, – скривившись, проговорила старушка, отвечая на мой немой вопрос, а потом просто исчезла, оставив нас наедине.
– Скажи ещё что-нибудь, – тут же попросила я, стараясь не акцентировать внимание на неожиданно исчезнувшей недовольной женщине.
– Больше никогда не ходи туда, где я не смогу за тобой последовать! – сказал он все тем же голосом, который заставлял волоски на моей шее становиться по стойке смирно.
– Но мне хотелось помыться, к тому же я не успела извиниться за утро. Мне не вовсе не хотелось тебя обидеть, но ты так… ммм… необычно выглядишь, я растерялась со сна. Извини, если обидела тебя.
– Ничего, – хмыкнул он, пересаживая меня на листья кровати.
Ужас охватил меня, когда я увидела его руки. Несколько когтей было оторвано, руки располосованы, по ним текла чёрная кровь. Удивившись, что не заметила этого раньше, я тут же дернулась к нему, вздрогнув от боли в ранах на животе.
– Боги всемогущие, что с твоими руками? – ужаснулась, пытаясь понять, как это исправить.
Он же лишь пожал плечами, взглянув на руки так, как будто раньше их никогда не видел. Облизав покалеченные пальцы длинным языком, он снова посмотрел на меня.
– Ты все ещё хочешь искупаться? Она говорила, что тебе нужно погреться…
– Твои руки, – не унималась я, наблюдая, как кожа быстро затягивается и вырастают новые чешуйки. – С ними точно все будет в порядке? Давай, может быть, их перевяжем! – затараторила я и потянулась к нижней юбке, чтобы оторвать кусок побольше для перевязки.
– Не нужно, – хрипло сказал он, сжимая мою руку своей чёрной и когтистой. – Скоро все пройдёт, но твоя забота приятна. На секунду мне даже показалось, что ты видишь во мне что-то большее, чем монстра, – сказал он, и я заметила тоску, промелькнувшую в его взгляде.