– Конечно, конечно. Извините, – закивала я, наблюдая за тем, как она осматривает раны.
– Дело плохо, – вынесла она вердикт. – Яд Волгардов опасен. Ядовитых зубов у них всего два, и обычно вылечить укушенного можно, но яд беременной самки…
– Но что то же можно сделать?! – заливаясь слезами, прокричала я. – Нельзя дать ему умереть!
– Нужен редкий цветок камелиса, жёлтый с красной серединой. Сейчас не сезон для него, и я не успею его найти. Время идёт на секунды, даже с цветком благополучный исход не гарантирован.
Поглаживая чешуйчатую грудь, я пыталась понять, что же делать дальше, куда бежать, кто может помочь. В голове не было ничего, лишь пустота и траурный марш.
В сознании пронеслась какая-то мысль, но ухватить её сразу не удалось. Откинувшись, я приложилась затылком о каменную стену и охнула. Запустив руку в белье, я достала из скрытого кармашка цветок, который нашла и хотела спросить о нам Яргара, но никак не нашла удобного случая. Протянув его старухе, я с надеждой спросила:
– Это он?
Старушка схватила цветок и принюхалась. И после недолгих размышлений сказала:
– Ты любимица судьбы, дитя.
Она что-то колдовала, бормотала, сыпала разные травы в невесть откуда взявшийся кувшин. Я извелась от нетерпения, мне казалось, что она специально тянет время, чтобы было меньше шансов, что Яргар выживет. Но она была единственной, кто мне помогал в этой непростой ситуации, поэтому пришлось молчать. Это убивало меня, но я держалась.
– Готово, – наконец пробормотала она, прерывая мои страдания.
Вручив мне маленькую кружечку из глины, она сказала:
– Ровно половину этой чаши ты должна давать ему на восходе, закате и в тот час, когда светило будет в зените. Если пропустить хотя бы один приём, он обречён.
Затем она вложила в мою руку несколько корешков и старенькую флягу, видимо, с водой.
– Это поможет тебе продержаться хоть сколько-то. Его кормить и давать пить что-то, кроме зелья, нельзя. Удачи тебе, дитя. – С этой фразой она исчезла.
Отвыкшая за проведённое здесь время от пространственной магии, я удивленно вздрогнула. Ну вот, снова так и не узнала её имени, подумала я.
Выглянув, я увидела, что светило клонится к закату. Я поспешила налить полчашечки. Нервничая от того, что, возможно, доза не верная, я влила отвар в приоткрытый рот Яргара. Сидя рядом с ним, я заметила, что через несколько минут температура спала и его дыхание стало более ровным. Посчитав это хорошим знаком, я немного выдохнула. Спать мне было нельзя, так как возможность пропустить рассвет сводила меня с ума. Вглядываясь в его чешуйчатое лицо, я представляла, каким он мог быть до проклятья, и размышляла о том, как много у него отняли.
Глава 17
Дни тянулись медленно. Иногда мне казалось, что ему становилось лучше, а иногда, что это зелье делает только хуже. Особенно последнее чувство обострялось, когда у Яргара начались припадки, они пугали меня до чёртиков. Приходилось пытаться его сдерживать, чтобы он не вредил себе. Конечно, мне было с ним не справиться, но я делала, что могла, хотя мои руки иногда напоминали месиво из-за многочисленных порезов. Однако мне было все равно, все мои мысли занимало его выздоровление. Иногда я пела, и он успокаивался, хотя этот способ работал не всегда. Как раз во время этого занятия в один из дней я увидела странный золотой вихрь. Прикрыв Яргара своим телом, я с ужасом ждала, что будет дальше. Удивлению моему не было предела, когда из него появилась голова отца.
– Дочь, быстрее, маг не сможет долго держать портал, – и он протянул мне руку.
Я почти шагнула к нему, но, тряхнув головой, отогнала радость от встречи и покачала головой.
– Вместо того чтобы меня спасать, не стоило меня сюда засовывать, –произнесла я, продолжая прикрывать Яргара.
– Нет времени для разборок, живо сюда, – закричал он.
– И не подумаю, – спокойно ответила я.
– Доченька, девочка моя, клянусь, я все смогу объяснить, только дай мне руку! Мы не сможем больше открыть портал, и маг уже на последнем издыхании. – Отец все так же настойчиво тянул руку. – Вернись домой, назад ко всем удобствам, к нормальной еде… Только посмотри, как ты исхудала! А уж как я соскучился...