Таинственная незнакомка, приложила палец к губам, призывая уже лишённого дара речи длить свою немоту. Подмигнула. Через миг или столетие сняла с головы нелепую панамку, положила на дождевик. Двумя руками провела по волосам, заглаживая их назад, тяжёлые груди при этом потянулись вверх, опали, рассыпав вокруг искры сверкающей капели - свели с ума уже лишённого разума. Освободилась от гэта, повернулась, размеренно и спокойно пошла в темноту. В одних носочках. Исчезла, воплотившись в ночь.
"Этого не было",- только одна мысль в голове. Но это было - тому порукой дождевик. Панамка. И пара гэта на мокрой брусчатке. Невесть откуда серебряными колокольчиками прозвенел женский смех.
Мысли К. были пусты и безвидны - лишь обрывки каких-то нескладных виршей про небесные светила и коралловые восхолмия носились над их взбаламученными водами.
На негнущихся ногах подошёл к сброшенным незнакомкой покровам, поднял панамку. Из неё выпала бумажка и, закружившись бабочкой, полетела вниз. Он перехватил клочок бумаги в воздухе. Поднёс к глазам. Прочёл аккуратным почерком выведенное послание:" Не забудь взять её номер "Лайн". Возможно, пригодится. Наверное. Целую, я. P.S. А, дождевик с панамкой возьми и тоже ей отдай. Р.Р.S. Купи три бутылки минералки, она пить хочет. " Он послушно поднял дождевик, свернул его, сложил панаму, положил их в карман куртки. Стал думать о значении всего произошедшего. Сомнамбулически поднялся по ступенькам в магазин. Приобрел там готовой еды и три указанные ему бутыли, вышел. Гэта по-прежнему стояли на брусчатке тротуара . Неожиданно издали раздался вой сирен и натужно-механическое кряканье, замелькали на горизонте сине-красные зарницы. Раздалось жужжание, из темноты в круг фонарного света вылетел электросамокат, управляемый той самой леди в белых носочках. Волосы, растрепанные ветром, пунцово- разгоряченные щеки. По-прежнему обнажена, по-прежнему прекрасна. Лихо затормозив рядом с К., она чмокнула его в щеку( льдисто-пламенная волна накрыла его с головой, он пошатнулся, едва не упав), затем спешно покатила дальше. Он жадно смотрел вслед. Опять этот натянутый донельзя лук спины, снова эта небесная гармония полукружий... И ветер, шальным репьём уцепившийся за платину растрепанных волос. И белые носочки. Исчезая за поворотом, она на миг обернулась, показала ему язык и уже окончательно скрылась в ночи. Кряканье и вой сирен приблизились, разноцветный калейдоскоп мигалок озарял окрестности. "Надо дворами пойти, а то я несколько... подвыпивши..." К. усмехнулся, когда ему на ум пришло это слово из лексикона прошлого века. Свернул в тёмный проулок, сделал несколько шагов, и внезапно услышал хриплое пение:" Ты ведешь себя вежливо со мною-ю, Но мне такой ... ик... слабак не ну-ужен. Прочь с глаз моих,... ик... мальчишки - ненавижу их!"
Во дворах часто можно встретить небольшие каменные заборчики. Они примерно высотой по колено взрослому человеку, шириной где-то до полуметра и неизвестно что огораживают. Никто их не сносит, напротив, часто красят в отвратно-охряной или мерзотно-зеленый цвет. Возможно, что это наследие некоей древней цивилизации. Вот на одном из таких заборчиков и восседала скрюченная фигура, распевающая песню Накамори Акины. К. уж было хотел пройти мимо, но фигура окликнула его:" Здорово, дедуля, давно не... ик... виделись!" Сомнений не было - это была предполагаемая утренняя Вероника. Он подошёл поближе, его обоняние было тотчас нокаутировано оглушающе-тяжелым запахом перегара и какой-то зверятины с легкой ноткой прелых осенних листьев. За то короткое время, пока они не виделись, жизнь успела обойтись с ней сурово и это было видно даже в полутьме - кепка с кошачьими ушками исчезла, зато добавился солидных размеров синяк под левым глазом, майка была разорвана, из прорехи виднелась небольших размеров грудь, увенчанная сморщенной шагренью соска,
и формой похожая на мордочку небольшого, наподобие лисы, животного.
К. вынул из кармана дождевик - протянул ей. Та неожиданно смущённо щербато улыбнулась, взяла, неуклюже натянула на себя. "Спасибо, рыцарь пр... ик...расной дамы. Я пить хочу. У тебя есть?" Он вытащил из пакета бутылку с водой, открыл, передал ей. Несколькими жадными глотками ополовинив ёмкость, она не совсем женственно рыгнула.