- Вот и я так считаю. Билеты забронированы на завтрашнее утро, можете ехать домой и собираться. Возьмите распоряжение, - он протянул бумагу, - получите в бухгалтерии командировочные. Надеюсь с загранпаспортами всё в порядке? Хорошо.
- По какому деду улетел в штаты Стешкин, мы можем узнать? – спросил Дима, поднимаясь из-за стола.
- Возьмите, - Моруев придвинул к ним папку с бумагами. – Там краткое дело одного бывшего нашего чиновника, с которым работал Михаил, и пару факсов из Америки от местной полиции, ответы на наши запросы по поводу исчезновения сотрудника.
- Не беспокойтесь, найдем, - пообещал Берестов, перелистывая предоставленные бумаги.
- Если окажется что он действительно потерял голову от красот лазурного берега, я предпочел бы не знать подробности, - бросил начальник удаляющимся работникам.
Лика обернувшись, кивнула, что поняла, но когда они вышли в приемную и закрыли дверь, сказала:
- Сомневаюсь, что Стешкин мог уйти в запой или поддаться иной сомнительной слабости. Не такой он человек.
- У нас таких и не держат, наверное, случилось что-нибудь серьезное, - согласился с ней Дима. – Ну что, значит снова напарники, - улыбнулся он.
- Пойдем, напарник мой, - тихонько подтолкнула его в плечо Лика.
Ей не хотелось верить, что с коллегой, с которым они успели за минувший год побывать в разных переделках, случилось нечто непоправимое.
Дома известие о неожиданном отъезде восприняли спокойно. Родители прекратили хвататься за успокоительные капли после того, как Лике удалось заверить, что едет она не с террористами бороться, а искать пропавшего сотрудника. Тина завидовала, говорила, что тоже хочет работу с такими командировками. Карл заметно опечалился, весь вечер стремился поговорить с Анжеликой, но той всё было некогда. И только когда утром она уделила ему минутку внимания, он сказал, что не уедет пока снова не увидит её.
- Я буду ждать, - заверил он, прежде чем Родион Петрович появился в комнате с сообщением, что машина готова, и он проводит дочь в аэропорт.
Глава 16
Осень благосклонно уступала время теплым почти по-летнему ясным дням. Лужайка перед белым особняком с оранжево-огненной крышей всё еще оставалась зеленой. Птицы затягивали с сезонным перелетом, словно и вовсе не собираясь менять Верховную страну на вечно зеленую и солнечную Зелстрану.
Хозяин Северских земель в одной легкой белоснежной рубашке и темных вельветовых бриджах, не замечая приближения ноябрьских ветров, прогуливал своего гнедого лоснящегося скакуна, то пуская его по кругу придерживая за длинные уздечки, то позволяя постись на лужайке. Благородный конь радовался затянувшемуся теплу. Как и любое животное во время зимних заморозков он страдал в долгодневных заточениях. Зимой солнца часто не хватало даже в прекрасной Красстране.
Двое стражей сопровождающих Хранителя Девяти Миров остановились поодаль на окраине поляны. Силуэт в серо-синем капюшоне направился к резвящейся парочке – стройному длинноногому жеребцу с шелковой переливающейся гривой и столь же беззаботному смеющемуся хозяину.
- Позвольте, граф, вы ли это? – осведомился Хранитель, пристально окидывая взором Джеймса Олизона. – Ваш мир поручен мне много веков тому назад и всегда я знал всех его жителей не только в лицо, но и по внутренней оболочке, правдиво неся свое бремя и исполняя обязанности, врученные мне, но вы надо признать, меня загоняете в беспросветную топь миропонимания. Мы можем с вами побеседовать?
Джеймс заблаговременно почувствовал появление внеземцев, но предпочел продолжить свое приятное занятие. Когда же почтенный гость прямо попросил о внимании темный маг не мог отказать.
- Хорошая погода нынче, не правда ли? – открыто улыбаясь скорее солнечным лучам, чем собеседнику проговорил Олизон. – Пройдемте на террасу. Желаете чаю?
Хранитель иронично качнул головой, земные радости были не для него.
- Догадываетесь, граф, о чем пойдет наш разговор?
- Не имею ни малейшего понятия, - честно признался Олизон. – Но полагаю, речь пойдет обо мне.
- По-другому и быть не может, - спокойно согласился внеземной посетитель. – Есть вопросы от которых нельзя уйти, рано или поздно они предстанут.
- Что ж, чем раньше, тем лучше, - философски заметил Джеймс, передавая гнедого скакуна на попечение подоспевшему Мику. – Я весь во внимании.