А граф же был как всегда в своём репертуаре. Стоило лишь королевскому концертмейстеру предложить высокотитулованным гостям небольшой поединок «дабы показать молодёжи в каком мире они живут», как Джеймс, не встречавшийся с принцессой вот уже больше месяца, поддержал предоставленную идею и со своей привычной небрежно-насмешливой провоцирующей любезностью обратился к Анжелике.
Великий день осеннего Примирения давал графу возможность беспрепятственно появляться во дворце Талариона и, прогуливаясь в числе гостей, рассчитывать если не на радушие хозяев то, по меньшей мере, на их спокойное отношение к своей персоне. Если король и королева Красстраны ни единой черточкой своих лиц не показывали истинного отношения к тёмному всемогущему магу страны, то тоже самое никак не относилось к младшей принцессе Раданне, всем видом выражающей насколько ей неприятен колдун. Принц Латиян по-королевски сдержанно старался игнорировать присутствие тёмного мага. Остальные собравшиеся гости относились к графу либо с призрением (в основном к ним относились члены королевских семей и самые знатные дворяне, имеющие за плечами большой опыт целого рода и столь же большой запас силы), либо с необъяснимым страхом (навеянным многочисленными легендами и победами тёмного колдуна). Джеймсу Олизону же доставляло огромное удовольствие теряться среди гостей и слушать, как они шепотом переговариваются между собой выясняя, правда ли сегодняшний бал удостоил своим вниманием сам всемогущий маг или это только сплетни.
Но не восхищения, каким наградили с лихвой сошедшихся в сражении, добивался граф делая вызов принцессе. В первую очередь ему хотелось проверить старую знакомую, не потеряла ли она прежнюю форму или может наоборот достигла новых заоблачных высот. С момента их последней «боевой» встречи прошло немного немало шесть лет, да и тогда это был не бой, а так одно баловство. На этой же самой площадке у озера за бело-золотым дворцом Красстраны шесть лет назад на весеннем дне примирения Олизон вызвал принцессу на поединок драконов. И потерпел триумфальное поражение. Разумеется, с тех пор они не раз виделись, только вот исключительно при «мирных» обстоятельствах.
Вспоминая эти дни, граф криво усмехнулся. Для него прошлые ситуации мирными-то как раз и не были, но вот для их с Анжеликой многолетнего противостояния многочисленные случайные столкновения в третьей параллели вывели прежде враждебные, а ныне совершенно неясные графу взаимоотношения на неизведанную непреднамеренную дорогу. Теперь они больше не были врагами, и тёмный маг не без удивления вынужден был признать, что его это обстоятельство ничуть не беспокоит.
Парадоксально, но Анжелика первая кто за весь вечер обратилась к нему по-человечески дружелюбно, даже немного улыбнулась. Они вынужденно выслушали слова благодарности и радости от продемонстрированного мастерства, приняли поздравления. Гости покидали смотровые ряды со скамейками, устремляясь ближе к дворцу и его тёплым светлым залам.
Недавние «дуэлянты» не сговариваясь медленно пошли за процессией высокоблагородных гостей.
На небе одна за другой загорались крупные звезды. Темная синь небесного купола заиграла над головами людей сотнями серебрящихся огоньков. Согласно законам природы с наступлением позднего вчера в саду зазвучал оркестр из ночных сверчков и кузнечиков, заполнивших всё пространство своей стрекочущей мелодичной трелью. В воздухе повисла приятная осенняя прохлада. Еще немного и пожелтеют деревья, роняя свой янтарный наряд, попрячутся насекомые более не нарушающие вечернюю тишину, а воздух наполнится новыми морозными красками.
- Что это сегодня было? – обратилась Анжелика к темному магу, прерывая его тихое любование вечерним садом. – Ностальгия покоя не даёт, или опять вознамерились поквитаться со мной?
Говорила она с усталой улыбкой, не стремясь всерьез добиваться правды.
Олизон не спеша перевел взгляд с созерцания природы на свою молодую собеседницу и также устало улыбнулся в ответ.
- Ностальгия, не более чем, - они изрядно успели отстать от основной массы людей тянувшейся к золоченому крыльцу и беломраморным колонам.