- Против чего? – граф легко нес холст, с интересом изучая дизайн и планировку картинных галерей.
Женщина указала на картину в его руках.
- Мне бы очень хотелось выставить её, - произнесла она. – Это ваш портрет, поэтому если вы скажите что не хотите…
- Как я могу запрещать вам выставлять вашу же работу, - проговорил Олизон, глядя на художницу.
Для Джеймса оказалось совершенной неожиданностью, что портрет закончили.
Тогда на берегу они провели несколько часов, но картина выполненной не выглядела. Художница сообщила, что будет соединять с прошлой работой в одну и практически переписывать работу заново. Так они и расстались. Граф не видел законченного полотна.
- Ну где тебя носит, через полтора часа открываемся, - в выставочный зал вошла женщина в немыслимой вязаной пелерине оранжево-апельсинового цвета с множеством кисточек, бамбуковых бубенчиков и прочей декоративной мишурой на широком кожаном поясе, перехватывающим объемную крупной вязки ткань. Черные гладкие коротко остриженные волосы блестели от нанесенного мусса. – Скоро начнут появляться первые посетители.
- Оксаночка, не ворчи, я уже здесь, - художница чмокнула подругу в щеку, и поспешно принялась расстегивать пуговицы пальто, попутно второй рукой разматывая тонкий кашемировый шарфик. – Лучше посмотри картину, о которой я тебе говорила.
- Прекрасно, мы как раз оставили одно место в конце осенней коллекции, она будет завершающей, - улыбнулась подруга Оксана и перевела взгляд на мужчину. – Арт-директор галереи Раковская Оксана Станиславовна, - представилась она, протягивая руку и заметя, что гость занят картиной велела подошедшим работникам поместить полотно на отведенное место.
Потом она оглядела незнакомца изучающим взглядом с ног до головы, причем именно в этой последовательности. Оценив его по достоинству, снова обратилась к подруге:
- Я к тебе часто заходить не смогу, у меня сегодня шесть залов открыто, так что справляйся сама, да и старайся не продешевить с продажами.
- Ты всё-таки считаешь, что ими кто-нибудь заинтересуется? – усомнилась художница.
- Такими шедеврами?! Да конечно. Ты только загляни на первый этаж, сразу сомнения отпадут, - понижая голос, посоветовала Оксана. - Не могу больше говорить, времени катастрофически не хватает, вешай пальто и смотри за всем сама, я побежала.
Арт-директор быстро застучала лакированными туфельками на громадных шпильках по кафельному сделанному под розовый мрамор полу.
Художница, попросив немного подождать её, скрылась в дверях запасного выхода.
Джеймс оглядел светлую залу галереи. Откуда-то тихо доносились бойкие мелодии востока. Картины в одинаковых деревянных рамах висели по стенам, около некоторых рядом в рамочках под стеклом располагались листы со стихами.
Четыре квадратные колоны разделяющие помещение отражали тематику подборов. На картинах в основном изображались пейзажи разных времен года, с их случайными прохожими, размытые силуэты которых не имели очертания лиц и представали как неотъемлемые части общих видов города.
Олизон прохаживался от одного холста к другому и не торопился покидать выставочный зал. Все работы выполнялись маслом, сочными живыми цветами, наполненными всеми оттенками жизни.
Редкие изображения людей или животных, последние значительно преобладали, были запечатлены в самых разных подвижных позах. Смотря на эти картины, создавалось впечатление, что звери в любую минуту могут ожить и пуститься в бег, повернуть к тебе голову, или издать присущий им крик. Стихи, сопровождающие некоторые работы, прекрасно дополняли их, создавали общую гармонию, лучше передавали настроение холста.
Художница творила картины, изнутри сияющие светом. Она пропускала солнце через полотна и позволяла лучам смешиваться с красками.
Пейзажи, относящиеся к весенне-летнему периоду, отличались сказочностью представляющихся уголков. Это были великолепные горные вершины, или покрытые редчайшими цветами долины, ревущие стремительные водопады, или дикие склоны прибрежных гор, лазоревые заливы с янтарной береговой линией песка. Часто на картинах присутствовали экзотические несуществующие в реальности птицы.
Некоторые картины вызывали у графа определенные мысли, в которых он решил обязательно удостовериться.
Пройдя весь зал от первой картины и до завершающей, он остановился у последней.