Лика задумалась. Подошла к столу, мгновенный удар-оттяжка вынудил соперника издать возглас восхищения.
- Любимую книгу я тебе так сразу не назову, их много, но ты едва ли знаешь таких авторов, они в основном российские, а последнее что я читала в этом году, были «Дети полуночи».
- Рушди? – вскинул удивленно взгляд Карл.
- Почему тебя это удивляет? – не поняла Лика. - Букера кому попало не дают.
- Я подумал, ты предпочитаешь что-то более легкое. Наподобие приключений, романтических легенд, отважных рыцарей.
- Я любила отважных рыцарей, лет в десять, - засмеялась Лика. – Твой ход. Ты так и не вспомнил где видел того человека с портрета в галерее?
- Нет, - качнул головой Гельмут. – Может на каком-нибудь приеме в Берне. Ты мне лучше скажи, где так хорошо научилась играть, Родион явно не имеет к этому отношения.
- Верно, папа меня не учил. В Академии, где я обучалась наряду с боулингом и настольным теннисом, был бильярд, - Лика вспомнила слова их ведущего преподавателя «вы должны уметь всё, даже готовить японские суши, если от этого будет зависеть ваша жизнь». До гастрономических пристрастий поднебесной они правда ни опустились, а вот разного рода спортивные увлечения как и бальные танцы вынуждены были освоить.
- А у тебя какая любимая книжка? – вернула вопрос Анжелика.
- Сейчас и не скажу, - Карл не торопился возвращаться к игре, вместо этого он остановился напротив Лики и заглянул ей в лицо. – К детективам, истории, научной литературе я равнодушен, а современная фантастика становится утомительной на события. Но иногда мне кажется, что герои лучших книг обосновались в реальном мире.
- Не понимаю, - пробормотала Лика стараясь отстраниться от Карла и в большей степени от его внимательного изучающего взгляда.
- Иногда мне кажется, что ты сама пришла из неизвестного сказочного мира, потому что таких как ты на земле больше нет.
Лика растерялась. Как сложно расценивать приятные фразы, не уверяясь, имеет ли твой собеседник за словами нечто определенное или просто хочет доставить тебе удовольствие красивым витиеватым комплиментом.
Родион Петрович вернулся к ним с бутылкой минералки и парой стаканов.
- Кто выигрывает? – спросил он у молодых людей.
- Пока ничья, - отозвалась Анжелика.
- Но с большим перевесом в твою сторону, - поправил тут же Карл.
Лесовской довольно улыбнулся и предложил передохнуть.
- Пауль звонил, просил тебя связаться с ним, когда освободишься, - передал Родион Петрович Карлу.
Тот ушел перезванивать отцу.
- Вы хорошо ладите, - заметил Родион дочери.
- Я стараюсь уживаться со всеми, - сказала Лика, убирая кий на полку.
- А ты нравишься Карлу, - продолжал Родион Петрович как бы между прочим. – Это заметно.
- Он мне тоже не неприятен, - отозвалась Анжелика, но с большем равнодушием, чем хотелось отцу.
- Я был бы счастлив, породниться с другом Паулем, - совсем не к месту выдал Родион.
- Папа, - упрекнула Лика и недовольно нахмурилась. – Пошли к маме, она наверное успела соскучиться.
Разговор с Гельмутом не получился. Перед Анжеликой не возникало трудностей при беседе с людьми, она всегда могла узнать то, что ей было нужно. Только спросить напрямик, как Карл относится к чужим измерениям, она не решалась. Да и думать на эту тему она его заставить не могла. Единственное чего бы она добилась, так это что Гельмут начал бы на неё смотреть как на ненормальную. Хотя нормальной принцесса восьмой параллели давно перестала себя считать.
День выдался погожим, дождя не намечалось, солнце то и дело выглядывало из-за облаков. Утренняя изморось ложилась на безжизненный осенний газон. И все же на душе царило по-весеннему светлое настроение.
После утренней пробежки вокруг дома Лика подтянулась, повисела на турнике, борясь с желанием метнуться к серым тучкам, взлететь навстречу холодному влажному ветру октября.
Устроившись на старых деревянных качелях, скрываемых высоким каштаном и широким дубом, Лика сильно раскачалась, закрыла глаза, наслаждаясь трепетным ощущением полета.