По раннему свежему саду раздался звонкий восторженный лай Мориса. Анжелика посмотрела в сторону звуков.
Карл снова играл с собакой. Тормоша её за холку, он велел сидеть, стоять, подавать голос. Эрдельтерьер не понимал чего от него требуют, заливисто лаял и путался под ногами. Карл смеялся безупречной белизной улыбки, наклонялся к собаке, теребил за уши, чесал коричнево-черную кнопку влажного носа. Песик от таких ласк впадал в безудержный восторг, визжал, носился по подмороженным клумбам, возвращался к молодому мужчине, пытался играя ухватить его за руку, поймать за брючины.
Лика наблюдала за ними с улыбкой на лице.
В Гельмуте правильным образом совмещались мужество, деловая серьезность бизнесмена, обаяние и непосредственность ребенка. Главное что он всегда знал, когда и что проявлять.
Завидев хозяйку, эрдельтерьер с радостным поскуливанием бросился к качелям.
Швейцарец спортивным легким бегом двинулся вслед за ним.
- Смотрю, ты всерьез взялся за воспитание Мориса? – улыбнулась Лика, останавливая качели. – С добрым утром.
- Доброе утро, - просиял Карл, ловя юлящего под ногами пса. – У моих родителей в загородном доме четыре собаки. Три дога и колли.
- Ого, так у тебя большой опыт общения с четвероногими.
Загнать Мориса домой оказалось делом нешуточным и трудоемким, в конце концов, зверь победил и его оставили носиться по саду в одиночестве.
День пролетел быстро и всё, что удалось успеть, это привести себя в порядок перед визитом к Щитковым.
В одну машину Лесовские никак поместиться не могли и пришлось разделиться на две. Родион Петрович с супругой ехали с водителем и приглашали с собой Гельмута, но Тина как всегда заупрямилась, что опасается ехать с Анжеликой.
- Вон у неё шпильки какие, тоже мне водитель, - ворчала девушка, с притворной опаской поглядывая на кузину.
- Лика, в самом деле, почему ты не соглашаешься прибегнуть к услугам профессионального шофера, - хмурился Лесовской, изрядно усталый от частых пустяковых препираний с дочерью. – В конце концов это просто неприлично, приезжать на вечер сидя за рулем. Кем ты меня выставляешь?
- Я с удовольствием останусь дома с бабушкой, - устало произносила Лика.
- Нет, - Родион Петрович покачал головой. – Поезжай, как знаешь, большая, без советов обойдешься. Тина, если ты не поедешь с ней, то мне придется освободить тебе своё место.
Алевтина с обиженной гримасой распахнула дверь черной Ауди. Её попытки забраться в салон мягко пресек Карл.
- Позвольте мне сопровождать Лику на вечер, - вежливо попросил он.
- Чего это он? – переспросила Тина у сестры-близняшки.
Лина перевела.
- С превеликим удовольствием позволяю, - ответила девушка и, больше не говоря ни слова, села в машину с водителем, предназначавшуюся для Лесовских.
- Никогда собраться нормально не можем, - вздохнул Родион Петрович, открывая другую дверцу перед Ритой и кивая Полине, что места хватит и на неё.
- Садись, - предложила Лика своему сопровождающему кавалеру, указывая на переднее сидение. – Надеюсь, тебя не смущает отсутствие водителя?
- Нисколько, - обворожительно улыбнувшись, Карл занял предоставленное место.
До загородной резиденции Степана Щиткова устраивавшего благотворительный вечер доехали меньше чем за час. Лика всю дорогу придерживалась черного «Вольво». В дом они вступили все вместе. Атмосфера «высшего света» опустилась на вновь прибывших сразу. Лесовского тут же «забрали» деловые партнеры и друзья, Маргариту Алексеевну окружили их супруги. Тихая сдержанная речь доносилась отовсюду. Среди безупречно одетых людей плавно сновали официанты в строгих черных ливреях, разнося бокалы с напитками и закуски. До Лики доносились обрывки разговоров о бизнесе, новых брендах текстильной индустрии, и конечно всевозможных веяний ювелирной отрасли.
Тина, позабыв, что сердилась на двоюродную сестру из-за её невежественного поступка с машиной, вертелась около Анжелики и комментировала увиденных дам и в особенности всё, во что те были одеты.
- Смотри, а на хозяйке платье от Patrizia Pepe, но колье Diva совсем к нему не подходит, я бы сказала что это безвкусица, тебе так не кажется?