Все ехали молча.
Лика не переставала мысленно ругать дуэлянтов, при этом открывая своё сознание и заставляя Николая слушать.
«Как же вы мне надоели. Два эгоиста, - давала она волю разбушевавшимся эмоциям. – Думаете только о себе. А ты Ростов, как думаешь, твой отец поступил бы так же? Сомневаюсь. Все нормальные люди думают, прежде чем сделать серьезный шаг. А вы? Даже не поговорили, сразу в омут».
«Прости» - робкая мысль пронеслась от Николая к Лике.
«Что мне твое прости, - бушевала принцесса. – Ты думаешь, я безрассудна. Рискую собой ради вас. Нужны вы мне больно! Я о людях беспокоилась и только».
«Я не хотел»
«Не хотел он, - мысль пронзительно кричала. – И ты будешь говорить, что вы разные? Ни за что не поверю! Вы очень друг другу подходите. И воспитание здесь не при чем. Ты раньше стремился походить на него, быть таким же. Поздравляю. Ты достиг цели».
«Прекрати! - Николай повернулся и посмотрел на Лесовскую уничижительным взглядом. – Я сам не осознавал, что делал».
От его резкого поворота Антон едва не потерял управление. Николай сел на свое место.
Лина успела перехватить обращенный ни в её адрес взгляд Ростова. Ей стало не по себе. Если бы на неё посмотрели так, она бы умерла на месте.
А Лика ничего, только нахмурилась и отвернулась к окну.
«Ты думаешь, я не понимаю, что могло произойти, не останови ты нас, - с нотами извинения мыслил Николай. – Но ты не можешь рисковать собой! Если бы ты погибла по моей глупости, то я не знаю… Жить, наверное, я бы не смог. Анжелика, ты единственная из семьи, кто принял меня, ты всё это время относилась ко мне как к брату, но я этого не заслужил. Я долгие годы ненавидел свою семью. Это непростительно. Неправильно, понимаешь?!»
«Успокойся, Николай. Скажи, о чем ты думал призывая к «Дэлэс»? - вопрос прозвучал серьезно-обеспокоено и Ростов знал почему.
«Если бы я сам мог понять, - он смотрел в боковое зеркало, в котором отражалось лицо принцессы. – Совершенно не ожидал от себя такой реакции. Что угодно, только не сражение. А тут «Дэлэс». Ничего не понимаю. Видимо я не могу собой управлять, и какая-то часть меня самостоятельно принимает решения».
«Самостоятельность присуща лишь одному чувству, - горестно проронила Лика, - ненависть. Если ты не освободишь свое сердце от обиды, то не сможешь жить нормально».
«Я не могу простить Олизону смерть моей семьи. Этому никогда не бывать. Если бы он их просто… А он… Я никогда не увижу их, не смогу попросить прощения за свои заблуждения, поблагодарить за свою жизнь, за мир, в котором я оказался».
«Граф отпустил заклятие. Они свободны и должно быть уже дома» - принцесса сильно устала, это отразилось в глазах, когда она встретилась со взглядом Ростова. Тот снова повернулся назад.
«Откуда тебе известно?» - медленно и неуверенно спросил он, едва справляясь с волнением и потрясением.
«Джеймс сам сказал и это правда».
Николай отвернулся и больше не поворачивался. Сознание его закрылось и мысли стали недоступными.
Принцессе они были не нужны. Несложно было догадаться, что испытывал двоюродный брат. За сегодняшний день он пережил два стресса, необходимо было с ними справиться. До этой секунды его мучили сильная обида от предательства и коварства и съедающее чувство вины перед родителями. И еще отчаяние невозвратного и неисправимого. Все переживания теперь разворачивались под другим углом. Непоправимое стало поправимым, чувство вины сменилось искренним желанием попросить прощения, обида смешалась с неосознанной благодарностью и признательностью и больше не жалила так сильно.
Глава 11
- Лика, Лика, - грустно глядя на дочь вымолвил Родион Петрович. – Я то думал, что могу тебе доверять.
- Разве нет? – устало уточнила Анжелика. Они совсем недавно вернулись домой. Разговор на набережной вышел для неё утомительным, и принцессе больше всего на свете хотелось отдохнуть в своей комнате, но отец пожелал видеть её в кабинете.
«Серьезные разговоры входят в привычку», - отметила мысленно Лика.
- Зачем ты солгала, когда сказала, что утренний отъезд связан с работой?
- Я не лгала, - возразила Анжелика и внимательно посмотрела отцу в лицо.