- И я знаю почему. Но тебе лучше не знать откуда я знаю, иначе совсем с ума сойдешь. Ладно, закончим разговор. И в будущем, если подобная ситуация повторится, не делай прежних ошибок, не иди на поводу у зависти и корысти, обратись за помощью и постарайся не творить незаконных дел.
- А если не к кому обратиться за помощью?
- Обратись ко мне.
- Вы шутите? – удивилась домработница.
- А мы разве в цирке? Нет. Теперь ступай и, если не хочешь никому ничего объяснять, просто напишите заявление по собственному желанию. Но если ты расскажешь хотя бы половину моей маме, я буду очень благодарна.
- А разве вы не будете вызывать полицию? – не поверила Инна.
- Нет, - Лика посмотрела на ночную черноту за окном. – Я не хочу портить твою жизнь. Мне от полиции помощи никакой не будет, они все равно никого не найдут. А тебя посадят. Тебе этого хочется?
Инна растерянная и пораженная выбежала из столовой.
Анжелика посмотрела на серебристую упаковку. Вспышка зеленого огня и на столе ничего нет. Кремовая гладкая скатерть и фарфоровая сахарница в центре.
Лика на мгновение задумалась. Разумно ли отпускать её безнаказанной. Но шанс нужно давать всегда. Если Инна хоть раз снова окажется в поле зрения, то можно будет подумать, как её перевоспитать. А пока, пусть девушка сама исправит свою жизнь, если у неё это получится.
Поразмыслив, Анжелика поняла, что ничего такого страшного домработница и не сделала. Спасибо, что не отравила. Ссора с матерью лишь показывала, как родители в действительности к ней относятся. Они её не понимают, не знают и не доверяют. Жаль.
Лика подходила к лестнице, когда из отцовского кабинета донеслись слова довольно громкого разговора. «Беседа» между родителями проходила на нервных повышенных тонах, и Анжелика невольно свернула с намеченного пути и шагнула в сторону коридора.
Родион Петрович, резко распахнув деревянную лакированную дверь, быстро вышел из кабинета, на ходу бросая короткие фразы, не оборачиваясь и словно не замечая идущую за ним супругу.
- Если ты считаешь, что так будет лучше, - говорил он, едва удерживая голос относительно спокойным, - то развод действительно оптимальное, что можно сейчас предпринять. Потому что дальше так жить невозможно.
- Да, - Рита согласно кивнула и собралась уйти из гостиной, но встретилась с серьезным взглядом дочери.
- Что происходит? – тихо спросила Лика, по очереди взглянув на родителей.
- Мы с мамой решили, что нам лучше на какое-то время разъехаться, - неохотно пробормотал Родион и отвел глаза в сторону.
- Лучше? – Анжелика старалась оставаться спокойной, но сегодняшний вечер поистине проверял её самообладание. – Вы ведь не можете так говорить всерьез! – всё же возмутилась она.
- Лика, пожалуйста, не начинай излишние расспросы, - устало попросила мама и стала подниматься вверх по лестнице.
- Не начинать расспросы, - прошептала девушка и тем же чуть слышным голосом обратилась к отцу. – Вы не можете просто взять и развестись как сотни обычных людей, только не вы, тем более были бы хоть причины, а так… Папа, вы хоть понимаете, что все ваши обиды от простой недоговоренности и недоверия. Так неправильно.
- Ничего не говори, - прервал Родион Петрович слегка потеплевшим голосом, в нем теперь чувствовались отчаяние и грусть. – Это пройденный этап и ничего уже нельзя исправить. Извини, но этот вопрос ты за нас решить не можешь.
Лика промолчала, продолжая стоять посередине комнаты и печально глядеть на отца. Тот не зная, что стоит сказать еще, вдруг вспомнил, с чего начался этот нехороший разговор в кабинете.
- Расскажи, что эта за история с какими-то таблетками? – сказал он и вздохнул расслабившись, что нашел на что можно сменить тему.
Но Лике совсем не хотелось продолжать выбранный предмет разговора и вообще она мечтала, чтобы этот день скорее закончился.
- Пройденный этап одного запутанного дела, - уклончиво ответила она и пока отец осмысливал сказанное, тоже покинула комнату.
Слезы сами собой побежали из темных синих глаз. Анжелике было больно, что кто-то так просто управляет их семьей, теплыми и добрыми отношениями, а она ничего не может исправить и понять. Получалось, что умение сохранить свою семью была великой из наук, и постигать её приходилось на собственных бедах и заблуждениях. Лика всегда гордилась своими родителями, зная, что они поистине были нужны друг-другу, и что более правильного выбора в своей жизни они не могли сделать, однажды связав свою судьбу. Две половинки, два любящих сердца, два замечательных человека. И вот два замечательных человека делают самую непростительную и страшную ошибку, они расстаются. Наилучший жизненный пример – как считала их дочь. Лика надеялась, что утром поговорив с ними обоями, она сможет что-то исправить и помирить их, но еще Лика знала, что как можно скорее нужно разобраться с недоброжелателем семьи, пока он не дошел до более страшных дел.