Анжелика хоть и смеялась на выпадки мага, но ощущала, что еще немного и она просто свалиться с ног.
- Как я посмотрю вы, граф, устали, - Лика поставила очередную «серебряную» защиту и спокойно приблизилась к Джеймсу. – Может на сегодня хватит. Вы убедились, что я что-то могу, я имела возможность удостовериться в вашей силе, так что мы можем мирно разойтись.
- Еще чего! – Черно-коричневые глаза Олизона злобно блестели, голос продолжал оставаться галантным, изредка прерываясь тяжелым дыханием усталости. – Вы так говорите, Анжелика, будто провозгласили себя победителем и на этом основании снисходительно предлагаете ничью.
- Возможно победителем вы считаете себя?! – вызывающе воскликнула девочка и тут же отскочила от очередного заряда энергии. – Выходит я права, раз в ответ вы только злитесь.
Джеймс действительно злился. Его выводило из себя возмутительное поведение принцессы. Что она о себе возомнила. Немного научившись простейшей магии и пару заклинаниям на защиту, как записала себя в число верховных магов. Верховный черный маг Красстраны он – Джеймс Олизон, а она всего лишь ребенок вставший на его пути к конечной цели.
- На сегодня действительно пожалуй всё, - граф склонился в поклоне и взобравшись на коня взглянул сверху вниз. Анжелика казалась такой маленькой и беззащитной стоя на земле, и невозможно было поверить, что она за час битвы с могущественным магом истомила его так, что он был готов бежать с поля боя. Впрочем, Джеймс не собирался этого показывать. - Прощайте принцесса, - улыбаясь сказал он, пригибаясь к земле. – Не буду больше вас утомлять, а то ненароком прибью.
Лицо Лики покрылась яркой краской, она рассердилась.
- Не выйдет! – собирая ладони в кулачки грозно прошептала девочка, и тут же странно победоносно улыбнувшись вполне дружески напомнила: – да и насколько помнится вы именно к этому и стремитесь.
«Ну и самообладание» непроизвольно восхитился маг и сказал:
- Именно. Только я сделаю это чуть позже, ни без свидетелей и растянув удовольствие, понимаете принцесса. Я не хочу, чтобы вы случайно погибли в честном бою, всё должно быть запланировано. Вы меня понимаете? – недобро улыбаясь, уточнил Олизон.
- Еще увидимся! – с вызовом отозвалась принцесса, демонстративно отвернулась и направилась к своей лошади.
Только на прошлой неделе Анжелика научилась предугадывать сильную опасность за несколько секунд до её проявления и ставить очень сильную невидимую отражающую стену. Сейчас словно сработал рефлекс, выработанный на уроках. Почувствовав угрозу за спиной, принцесса воздвигла щит и круто обернувшись, кинула в Джеймса яркий светло-серебристый шар своей светлой энергии. Она не надеялась попасть. За всю дуэль ей не удалось это сделать и разу. Но граф не ожидал отражения своего выпада, тем более не ожидал такого внезапного и настолько сильного ответа. Как ядовита сила тьмы для светлого человека, так и отравлена светлая энергия для черного мага. От мощного энергетического удара, долетевшего беспрепятственно до колдуна, граф Олизон медленно повалился с лошади на густую мягкую траву. Он лежал не шевелясь, лишь его вороной конь взволновано хрипел, не понимая, что произошло с хозяином.
Анжелику охватило смятение, она не думала причинять вред магу. Её взбудоражил поступок графа. Удар в спину был бесчестным и недостойным настоящего воина, она оскорбившись и разозлившись кинула в него что оказалось под рукой в тот момент. Вполне детский поступок, когда ничего не можешь поделать, просто кидаешь что-нибудь, лишь бы успокоиться. Принцесса только забыла, что она теперь полноправная волшебница и должна следить за всеми эмоциями и чувствами с особой чуткостью. Под рукой ничего не оказалось, а в руках была несоизмеримая сила. В эту силу вошли все неприятные эмоции и переживании девочки, которые начались еще утром. Обида за не подаренного дракона имела свою не отпущенную потайную мощь и теперь с полной силой вылилась на графа, прибавляясь к силе неприязни к самому магу. Анжелика не обладала мощью, которую только что выплеснула. Стечение обстоятельств и чувств сами всё сделали за начинающую чародейку. Граф продолжал лежать на земле. Принцесса нерешительно направилась к поверженному противнику. Её мучил страх и отчаяние, она не хотела убивать Джеймса Олизона.