Лика быстро послала последнюю команду.
Леди приблизилась к черному монстру и всё с той же дикой ухмылкой чудовища начала хлопать крыльями по воде, окатывая противника потоками ледяного водоема. Кристл парил не шевелясь и безропотно терпел унижение. Больше ходов у него не осталось. Граф сам предложил выдать по последнему акту.
Дракон переносил оскорбления, так же как и его хозяин. Зрители смеялись от души. Поединок закончился ничьей. Олизон не мог точно сказать что было хуже для него – проигрыш или то, что его выставили шутом перед всем миром. Всем миром! В Красстране на день Перемирия собрались уважаемые люди со всего света. И вот он стоит в центре уважаемых людей и видит их беззаботный смех.
С принцессой маг встретился на земле. Она подошла к нему и слегка кивнула головой.
- Джеймс, благодарю за увлекательную игру. Вы спасли моё безвыходное положение. Я больше никогда не свяжусь с детьми, - принцесса лукаво улыбнулась, - маленькие дракончики всегда такие ненадежные.
- Рад был встречи, принцесса Анжелика, - Олизон склонил голову. – Прощайте.
- До встречи. И помните, граф, это всего лишь игра. Маленькая импровизация и только.
«И только», мысленно согласился маг. Совсем не только. Сегодня решалось если не главное, то точно нечто важное в их казалось бы вечной вражде. После того как чешуйчатые творения исчезли, Джеймс разгадал в чем был секрет упорного и верного сопротивления принцессы и откуда взялась такая беспроигрышная тактика. Да. Принцесса Красстраны оказалась великолепным стратегом.
Она играла против графа его же собственным оружием. Все его старые идеально отлаженные приемы не работали потому, что Анжелика отвечала его же методами только слегка доработанными. Всё, чем поразил её маг в их первый бой – угадывание и опережение действий противника, быстрота и сила мысли, неощутимые во времени команды и их мгновенное исполнение. А самое главное умение всё четко и быстро спланировать. Все что раньше единолично использовал маг, теперь было в полной власти юной принцессы Красстраны. Должно быть, такое и к лучшему. Граф давно заскучал без размышлений и действий. Весь механизм его сражений и побед был отлажен до предела. Всё казалось в его воли. Но нет. Теперь предстояло улучшать и усиливать свою магию, двигаться вперед в развитии и совершенствовать старые знания и опыт. Жизнь не стояла на месте, требуя мысли и действий, движения вперед. Возможно на данный момент Олизон и был сильно подавлен, однако он точно знал что будет делать дальше, чем себя займет.
Импровизированное представление графа и принцессы понравилось всем, оно ненамеренно затмило выступление Латияна и Доменика, но юноши не обижались на принцессу. То мастерство, которое она только что продемонстрировала, требовало высших наград и похвал. Настоящий бой, требующий немалых умственных усилий. Да еще с кем! С самим графом Олизоном.
Гости покидали Красстрану поздней ночью непомерно довольные от проведенного дня. Впечатлений хватало на несколько лет вперед. Многие люди пришли к выводу, что настало время сменить мнение о злобном и всесильном верховном маге объединяющей страны. Они не стали думать о нём как о ослабшем некогда непобедимом колдуне, чего так опасался Олизон. Люди увидели в графе человека большого ума, сильного мага и вполне почтенного дворянина. И всё это благодаря заслугам старшей дочери короля Талариона.
Время шло, восьмое измерение продолжало своё привычное существование. Люди жили, познавали мир, осваивали новые витки магии. Граф Олизон после выступления в королевском саду Красстраны больше никоим образом не напоминал о своём присутствии в этом мире. Что совершенно нельзя было сказать о его сыне, Николасе Олизоне. Уже осенью того же года молодой граф осуществил давно продуманный план по «свержению» короля верховной страны.
Каждый сентябрь главы всех семи стран собирались в Желтом королевстве и обсуждали методы борьбы с постоянно усовершенствующимся темным миром магии.
Николас появился на собрании и стал «уличать» короля Красстраны в ряде нарушенных запретов и принятых неверных законах, повлекших за собой непоправимые ошибки. План этот был продуман до мельчайших деталей и опирался на реальные факты и подлинные сведения, естественно сильно искаженные и подогнанные под требуемый замысел.