Роэсс Шэлл покинул Красстрану и возвратился в свой неведомый мир.
Зима переступила во вторую половину, когда в Красстране наконец объявилась старшая дочь Талариона. Анжелика не успела как следует пообщаться с родителями как младшая сестра завела её в свои покои и стала рассказывать о всем, что приключилось за последние пол года. Главным героем её повествований, несомненно, являлся будущий жених сестры. Эти рассказы сильно озадачили Анжелику. Раданну было не остановить. Она с упоением рассказывала о Роэссе Шэлле и о том, как он стал им настоящим членом семьи. Старшая сестра долго слушала восторженную девочку, терпение закончилось ближе к вечеру, и принцесса прервала сестру:
- Я очень рада, что этот Роэсс такой замечательный, только давай пока больше не будем о нём. Я же еще даже Латияна не видела, хотя и ужасно соскучилась по нему.
- Да, точно, - спохватилась Раданна, - Латиян. Пойдем, он рад будет если мы его навестим.
- Навестим? Что произошло? – распахнула синие глаза Анжелика.
- Всё тот же Николас. Покоя от него нет. Пол года Тияна мучает. Родители сильно взволнованы. Папа говорил с графом. Толку никакого. Ты же знаешь Джеймса. Сынок его в него пошел. Теперь нашему брату нелегко, никуда один выйти не может. Он бы на месте сидел. Но Латиян это ведь Латиян! Он не прячется за стенами дворца, его на подвиги тянет! Вот и получает каждый раз за свой излишний героизм.
Анжелику всерьез огорчили известия. Но сильнее принцесса расстроилась, увидев брата безжизненно-бледного и мрачного. Он лежал в кровати с книгою и, по-видимому, не вставал несколько дней. Стоило сестрам показаться на пороге, как Латиян сразу заулыбался и немного привстав, пригласил их пройти. Данна и Лика провели возле брата весь вечер, они шутили и подбадривали его как могли. Перед сном к ним присоединилась королева. Анжелика невольно вспоминала себя несколькими годами раннее, как также лежала в своей комнате в окружении любящей семьи и не находила силы даже чтобы выйти в сад.
По возвращению в Россию остался тяжелый осадок и переживания. Лика всячески старалась поддержать младшего брата, давая советы и разрабатывая с ним новые системы защиты, только всё это едва могло помочь принцу.
Рождественские каникулы закончились, и предстояло возвращаться в Академию. Лика выбрала её из огромного перечня предоставленных ВУЗов по одной элементарной причине. Учебное заведение МЮПАРФ требовало от своих учеников нечеловеческих усилий. Обучающиеся жили в общежитие, в отдаленном пригороде. Предоставленные комнаты просторные и светлые рассчитывались на два места, и комфортом своим могли конкурировать разве что с бостонским Гарвардом. Соседкой Лики была Оля Зарина, простая и добрая девушка, отличница. Академия являла собой элиту высшего образования, учащихся было мало, преподавателей много. Свободного времени не было вообще. Всех студентов распределяли парами, и задания они должны были выполнять вместе. Ольге повезло, её записали с Николаем Артамоновым. Схожие по характеру они отлично поладили, и в результате на радость всей группе наряду с выпускным сыграли беззаботную студенческую свадьбу. Лике же «достался» Михаил Стешкин, очень веселый и талантливый лодырь с поразительно феноменальной памятью. Во время учёбы принцесса замечала вокруг себя много людей с неординарными способностями. Не то чтобы они были магами, нет, просто люди со способностями. Хорошая память, большое стремление учиться, исключительная терпимость и выносливость. Однако к концу первого курса из тридцати зачисленных человек осталось лишь шестнадцать. Академия представляла собой курорт для фанатичных студентов с несколькими отличными библиотеками, инновационными компьютерными классами, огромными спортивными залами и площадками. Поверх стандартных дисциплин по психологии и праву учащиеся обязывались учиться восточным видениям боя, психической устойчивости, серьезной военной подготовке, стрельбе из нескольких видов оружия и многому другому. Почти для всех обучающихся академия была школой выживания, именно так её называли за глаза; для Лики всего-навсего игрой, увлекательной и достойной, состоящей из пяти туров, из пяти долгих и занимательных лет.
(Несколько лет спустя)
Лето пребывало в самом разгаре. Несмотря на повсеместно изнуряющую жару, Северский лес отличался прохладою приграничных гор и свежестью сосновой хвои. Кругом стояла удивительная тишина в сочетании с гармонией музыки природы. Звери и птицы молчали. Ветер не подавал о себе не единой весточки, отчего величественные деревья застыли в пространстве, словно на полотне искусного художника. Сквозь темно-зеленые вершины проглядывало лазурно-голубое небо. Солнце слепило сквозь кроны и озорно бросало блики на светлую чистую воду. Мелкий ручеек атласной лентой тянулся по пологому склону леса, извилисто петляя возле крупных вековых деревьев. Вода будто говорила свой неспешный рассказ, местами переходя на таинственный шепот, местами звонко заливаясь, словно песни соловья.