Мне требуется секунда, чтобы осознать смысл его слов, и еще одна, чтобы сообразить, о чем именно го-ворит друг. Это было так давно, что в моей памяти остались только цветущий сад, круглое, еще не изуро-дованное шрамом лицо Блейза и ощущение жгучего любопытства. Я приподнимаюсь на локте и смотрю на ту стену, за которой скрывается Блейз, жалея, что не вижу его лица. До чего же несправедливо, ведь он-то мое лицо видит. Интересно, он покраснел? В дет-стве он краснел, как помидор, если его что-то злило, но, кажется, до сих пор я ни разу не видела его сму-щенным.
— Это не считается, — говорю я ему.
— Что не считается? — не понимает Артемизия.
Блейз ей не отвечает, приходится пояснить.
— Когда мы были детьми... мне было лет пять или около того, мы увидели, как целуются взрослые, ну, знаете, в парке и на пирах... До вторжения кейло-ваксианцев Астрея не отличалась ханжеством... Сло-вом. .. полагаю, мы решили попробовать.
— Нет, это не считается, — соглашается Артеми-зия, не давая мне закончить.
— Поцелуй есть поцелуй, — бурчит за стеной Блейз.
— Ты так говоришь, как будто тоже никогда не це-ловался по-настоящему, — фыркает девушка.
— Ладно, — говорит Блейз, и, судя по его голосу, он наверняка хмурится. — Хватит пустых разгово-ров. Артемизия, тебе сегодня нужно идти с докладом к кайзеру, а подарок Тео поможет тебе в этом.
— Плевое дело, — заявляет Артемизия. — Я про-сто скажу кайзеру, что Тео, то есть Тора, была по-слушной девочкой и не делала ничего интересного. Думаю, я быстро освобожусь.
— Когда закончишь с этим, мне нужно, чтобы ты пробралась в кипарисовую рощу и встретилась со своей матерью — узнай, приняла ли она решение. Ты ведь знаешь^ что, если она собирается добраться до Вектурии раньше принца, ей нужно будет отплыть самое позднее сегодня ночью.
— Корабль моей матери быстрее любого кейловак-сианского судна, — снисходительно фыркает Арте-мизия.
— Кроме того, ей нужно успеть предупредить жи-телей всех Вектурианских островов, а это потребует дополнительного времени. Цапля, ты сможешь с по-мощью камня воздуха стать невидимым?
— Легко, — отвечает Цапля.
— Хорошо. Почему бы тебе сегодня ночью не про-гуляться по замку? Посмотрим, что ты сможешь под-слушать.
— Наконец-то, — выдыхает Цапля. — Не сочти-те за оскорбление, Тео, но эта каморка для меня ма-ловата.
— Никаких обид, — уверяю я его.
— Артемизия, ты не сможешь достать для Тео кин-жал, пока будешь вне замковых стен? Тонкий и лег-кий, такой, чтобы можно было легко спрятать, — продолжает Блейз.
— Разумеется, могу, — отвечает девушка оскор-бленным тоном — мол, как ты можешь сомневаться в моих способностях?
— Если вы вдруг не вернетесь до рассвета... — Блейз умолкает. Я жду, что он скажет дальше. Что же он станет делать в таком случае? Отправит на поиски друзей команду спасателей? Пойдет искать их сам? Кажется, Блейз и сам не знает ответа на этот вопрос, потому что какое-то время молчит, а потом вздыха-ет. — Просто вернитесь до рассвета.
— Да, капитан, — отвечает Цапля. Пару секунд спустя ему вторит Артемизия, только куда более яз-вительным тоном.
За стенами слышится какое-то движение, потом скрип, с которым открываются и закрываются камен-ные двери, и наконец едва уловимый звук шагов, уда-ляющихся в противоположные стороны по двум раз-ным коридорам. Наконец остаемся только мы с Блей-зом, и я вдруг очень остро осознаю, что друг совсем рядом, я почти слышу его дыхание и сердцебиение.
— Тебе не обязательно проходить через всё это, — говорит наконец Блейз. — Скажи только слово, Тео, и я увезу тебя отсюда. Еще есть время, мы можем уплыть далеко за море, найти сторонников, собрать силы и атаковать, когда достаточно окрепнем.
Заманчивое предложение, но я качаю головой.
— Ты слышал о Гораки? — спрашиваю я. Друг мол-чит, из чего я делаю вывод, что название ему не зна-комо, и продолжаю.
— Это маленькая страна к востоку отсюда, она еще меньше Астреи. Точнее, была меньше. Там жили кей-
ловаксианцы, до того как заявились к нам на порог. Они стараются об этом особо не распространяться, полагаю, большинство их уже успело забыть название того края. Крессентия немного помнит, как жила там, и она кое-что мне рассказывала. Она там родилась, и принц тоже, полагаю. Кресс сказала, что тамош-ний народ не владел магией, и был известен благо-даря своим тончайшим шелковым тканям — поэто-му кейловаксианцы пришли и завоевали эту страну, как завоевали Астрею. Большую часть жителей Гора-ки они убили, а выживших заставили делать для себя шелка, которые сейчас продают по всему миру. Ког-да ресурсы той страны иссякли, и уже не из чего бы-ло делать шелк, кейловаксианцы всё там сожгли и от-правились на новое место, оставив после себя пепе-лище. Они пришли к нам.