«Ты ничего не понимаешь!» раздражённо ответила Ирия. «Может быть то, что я делаю для Тадеуша, в тысячу раз важнее, чем отчёты всех экспедиций, вместе взятых!»
«Ты сделала для него всё возможное,» убеждал её Гай-до. «Пусть теперь о нём заботятся доктора на Земле. И всякие там нежные женщины, непригодные для того, чтобы заниматься боксом и спускаться в жерла вулканов.»
«Глупый железный болван!» взорвалась Ирия. «Ты не понимаешь, как я жалею о том, что занималась боксом, и не умею варить суп! А Тадеуш любит суп с грибами. Я знаю наизусть много всякой ненужной ерунды, но совершенно не представляю себе, как пришить пуговицу и не умею собирать землянику! А Тадеуш любит землянику.»
«Тадеуш, Тадеуш...» ворчливо сказал Гай-до. «Можно подумать, что свет клином сошёлся на этом Тадеуше... Самый обыкновенный биолог по беспозвоночным. Я уверен, что ты бегаешь стометровку на три секунды быстрее его.»
«Какой безнадёжный железный дурак!» воскликнула Ирия. «Неужели недавно я тоже была такой же?» спросила она, обращаясь к Гай-до.
«Поэтому мы и дружим,» обиженно сказал кораблик. «Хотя я никогда и никому своей дружбы не навязывал.»
На этом разговор и закончился.
Гай-до понял, что Ирия непреклонна в своём решении отвезти Тадеуша на Землю. Он смирился с этим и даже предложил:
«Давай, я помогу тебе отвезти его.»
«Нет!» возразила Ирия. «Тадеушу будет неудобно лететь в таком маленьком корабле, на котором нет ванны и мягкой постели.»
Помолчав, она сказала:
«Я договорилась с геологами. Ты поработаешь с ними, пока меня не будет. А как только Тадеуш выздоровеет, я вернусь.»
И она улетела на Землю.
Прошёл год. Ирия не возвращалась. От неё даже вестей не было.
Гай-до молча страдал.
«Нет, так просто ждать больше нельзя,» решил он. «Надо действовать.»
Он попросил знакомых роботов:
«Ребята, заправьте меня горючим. Надо по делам слетать.»
Роботы заправили его для дальнего полёта.
Гай-до, не раздумывая, тихо поднялся с космодрома и взял курс к Земле.
Разогнавшись в космосе, он включил гравитонные двигатели и совершил большой прыжок до самой Солнечной системы.
Настроение у Гай-до было приподнятым.
«Конечно же, моя госпожа жива и тоскует обо мне так же, как и я о ней,» думал он. «Только она не может дать о себе знать.»
На подлёте к Солнечной системе Гай-до понял, что его преследует какой-то неизвестный космический корабль. Он прибавил ход и постарался уйти от преследователя.
Но корабль не отставал. Он следовал за Гай-до по пятам.
Гай-до пытался разглядеть название корабля, но названия не было. Опознавательных знаков тоже.
И тогда Гай-до решил:
«Помчусь быстрее к Земле. А там видно будет.»
Он выжал из своих двигателей всё возможное и начал удаляться от преследователя.
Но преследователю это не понравилось, и он выпустил боевую ракету.
Гай-до был настолько не готов к такому нападению, что на миллионную долю секунды опоздал принять решение.
И это было последнее, что он помнил.
Страшный удар разорвал его борт.
В одно мгновение воздух пузырём вылетел из корабля, и Гай-до беспомощно поплыл в безвоздушном пространстве.
Преследователь хотел приблизиться к нему, но взрыв привлёк внимание патрульного крейсера, который одновременно стартовал с космической базы на Плутоне.
Поэтому преследователь быстро развернулся и исчез в глубинах космоса...
Глава 7
Глава 7
Друзья познаются в беде.
Изображение на экране монитора исчезло.
Стало очень тихо.
«Люди, ответьте мне, почему она покинула меня и не вернулась? Может быть, она погибла?» совсем потерянным голосом спросил Гай-до.
«Скорее всего,» сказал рассудительный Аркаша, «Ирия Гай жива и здорова. И погибла она только для науки. Она предпочла ей и вам обыкновенного мужчину,» пояснил он свою мысль.
«Но это же предательство!» воскликнул кораблик.
«Не укоряй её, Гай-до,» сказала Алиса. «Ведь ты же ничего не знаешь. Может, это любовь? Я читала, что ради любви люди совершали странные поступки... Ты слышал про Ромео и Джульетту?» вдруг спросила она.
«Нет, не слышал,» совсем грустно ответил Гай-до. «Они что, тоже конструкторы?»
«Эта история произошла очень и очень давно,» ответила Алиса. «Они погибли,» вздохнула она.
«Не пугай,» прервал Алису Пашка. «Как можно из-за какой-то любви забыть о друге и о работе? Я лично презираю эту Ирию. Забыть её надо, и баста!»