Мы с Миртаном первыми выполнили задание тренера и теперь, развалившись на матах, молча ждали друзей, которые, скуля, бежали десятый круг. Я же не особо запыхалась. Видимо, множественные тренировки сделали свое дело. Я стала более выносливой и сильной, что не могло не радовать. Только вот мышцы, которые постепенно отчетливо проявлялись на теле слегка, напрягали. Я же девушка все-таки. Хочется быть изящной и нежной, а не превратиться в качка. Однако решила, что буду разбираться с этим, когда поймают тех, кто хочет меня убить. Жизнь дороже.
- Не пили? – недоверчиво спросил нас с Миртаном неслышно подошедший тренер.
- Неа, - довольно качнул головой друг. – Мы за здоровый образ жизни.
- Ну-ну, - усмехнулся Скарт краешком губ и перевел на меня выразительный взгляд.
- Я платок постираю и верну, - несколько сконфужено пообещала я.
- Выброси, горе-любовник, - покачал головой он и дунул в свисток, с которым на тренировках никогда не расставался. – Так, парни, на сегодня все. В душ и быстро по кроватям!
Друзья тут же, услышав волшебные слова Скарта, попадали без сил на пол, не добежав где-то кругов восемь. Они тяжело дышали и глотали воздух открытыми ртами, словно рыбы, выброшенные на сушу. Покачав головой, я закатила глаза на столь неразумное на мой взгляд наказание.
- Никогда не буду больше пить, - застонал Леон, с трудом вставая на ноги.
- Поддерживаю, - чуть не захныкал Люк.
- Ни капли, - вытирая тыльной стороной руки пот со лба, кивнул Кендел, с тоской посмотрев на Ден.
Он молчал, развалившись на спине, и смотрел на потолок пустым взглядом. Видимо, даже бег, хоть его и с натяжкой так можно было назвать, не смог прервать самобичевание.
- И предупреждаю, - довольно оглядев разбитых ребят, заявил Скарт: - Если в лагере хотя бы одного засеку с алкоголем, вылетите из команды все! И плевать я хотел, что последний матч в таком случае будет проигран. Всем ясно?
- Да, тренер, - вяло ответили друзья, наверное, даже не осознавая, о чем их спрашивают.
Приняв душ, дорога до которого четверым из нас показалась адом, мы разошлись по комнатам. Кендел тут же упал на кровать и заснул, ни разу не пожаловавшись на Скарта. Толи он так устал, толи не имел привычки ныть. Ну разве, что отношений с Эленой это не касалось. Я же еще долго крутилась в темноте комнаты, пытаясь поудобнее улечься на постели. Все-таки этот день выдался неимоверно эмоциональным. Да и белоснежный платок, теперь уже со следами от красной помады, не давал возможности быстро уснуть. Он манил меня своим запахом горной свежести с легкой горчинкой. Конечно, и речи не могло идти о том, чтобы безжалостно выкинуть его. Поэтому, еще немного повертев платок в руках, я бережно спрятала под подушку и с легкой улыбкой на губах смогла постепенно уплыть к столь манящим сновидениям.
глава 7
- Так, куда вчера делись Элена и ее подружки? – собирая сумку, спросила я удрученного Кендела.
- Они решили переночевать в таверне, - пробубнил в ответ сосед.
Настроение у него не задалось с самого пробуждения. Хотя на улице уже вовсю светило ласковое весеннее солнышко, а стрелки часов давно перевалили за полдень, Кендел все никак не мог подняться с кровати. Мне пришлось сжалиться над ним и принести водички. Но даже живительная влага не смогла привести его в чувства. Видимо, это и есть похмелье вперемешку с физической нагрузкой. От одного вида на потрепанный вид и пустой взгляд, у меня моментально пропало желание употреблять алкоголь в таких количествах. Я, конечно, уже успела попробовать подобные напитки, естественно с подачи близняшек, но ничего подобного со мной не происходило. Видимо, сыграло роль умеренное употребление с целью удовлетворить свое любопытство.
- Остались в таверне? – обеспокоенно переспросила я. – А это неопасно? И как они в академию теперь попадут? Их же непременно засекут!
- Все с ними отлично. Девчонки уже давно в своих комнатах, - буркнул Кендел. – Не в первый раз же. И, вообще, она обиделась на меня.
- Элена? За что?
От удивления я даже перестала сортировать вещи и, приподняв брови, уставилась на соседа. Теперь стало понятнее его состояние. Видимо, ужасное настроение было вызвано не столько похмельем, сколько очередной неудачей в отношениях с Эленой.